Роман с кино

Опубликовано: 1920 дней назад (19 августа 2012)
Рубрика: Без рубрики
Редактировалось: 1 раз — 19 августа 2012
+1
Голосов: 1



Роман с кино

Директор павлодарского Дома-музея Павла Васильева Л.С. Кашина  в серии своих статей рассказывала читателям «Звезды Прииртышья» о женщинах, чьи судьбы были связаны с П. Васильевым: Галине Анучиной, Елене Вяловой, Наталье Кончаловской… Каждая из них сыграла свою роль в жизни и творчестве Васильева. Поэт был человеком увлекающимся, его, как говорят, любили «первые московские красавицы», но, кроме ещё пары имён, красавицы эти оставались безымянными… И вот, читая письмо известного в то время литературного критика Елены Усиевич к Галине Анучиной, я наткнулась на фамилию Судакевич. Е. Усиевич в сентябре 1933 года пишет Галине о поездке группы писателей в Ленинград. Там П. Васильев сказал ей, что прогнал Елену и «живёт с киноактрисой Судакевич…». Автор письма добавляет: «С Судакевич возможно и сошёлся, но с Еленой не порвал. Уверена». Никто сейчас не может сказать, что там было на самом деле, вполне возможно, что Павел, как это не раз бывало, преподносил свою влюблённость как очередную «победу»… Тем не менее, звезда немого кино Анна (Анель, Анели, Анеля) Судакевич заслуживает того, чтобы узнать о ней поподробней. Но вначале о «романе» поэта с самим кинематографом. Роман был кратковременным и не очень удачным…

«У самого синего моря»

Где мог познакомиться Павел Васильев с режиссёром Борисом Барнетом? Мог в многочисленных редакциях газет и журналов, в которых Павел часто бывал. Но, скорее всего, это произошло на квартире Ивана Михайловича Гронского, редактора «Нового мира» (они с Васильевым были женаты на родных сёстрах Вяловых — Лидии и Елене). По воспоминаниям Елены Александровны Вяловой-Васильевой (их приводит в своей книге «Здесь я рассадил свои тополя…» Светлана Ивановна Гронская), в квартире Гронских в Доме правительства почти каждый вечер собирались большие компании — «люди интересные, примечательные, с известными именами…». Приходили писатели и поэты, члены ЦК и общественные деятели, полярники, художники, музыканты, артисты, бывали в гостях певцы и балерины Большого театра. Фамилии всех людей Елена Александровна назвать не могла, «их было слишком много…».
Но, как бы то ни было, факт остаётся фактом: в 1934 году режиссёр Борис Барнет приступил к съёмкам фильма «У самого синего моря». И заказал Павлу Васильеву написать текст песни для этого фильма. Павел написал. Это стихотворение сейчас публикуется во всех сборниках поэта, оно так и называется — «Песенка для кино»:
Выйди, выйди в утреннее море
И закинь на счастье невода.
Не с того ль под самою кормою
Разрыдалась синяя вода.

Позабыл, со мною не простился,
Не с того ль, ты видишь, милый, сам,
Расходился Каспий, рассердился,
Гонит Каспий волны к берегам.

Не укутать тонкой шалью плечи,
Не хочу, чтоб шторм не уставал,
Погляди, идёт ко мне навстречу,
Запевает самый старый вал.

Я тебя не позабуду скоро,
Ты меня забудешь, может быть…
Выйди в море, — самая погода
Золотую рыбицу ловить.
1934.
Тот, кто смотрел этот старый добрый фильм, согласится, что Васильев успешно справился с задачей — в стихотворении передано лирическое настроение романтической киноленты, дан географический «антураж» (Каспий). Сюжет фильма незамысловат: два друга, Юсуф и Алёша (их играют Лев Свердлин и Николай Крючков) после кораблекрушения попали на остров, в рыболовецкий колхоз. Оба влюбились в бригадира Марию (арт. Елена Кузьмина), но Машенька, конечно, осталась верна своему жениху — моряку Тихоокеанского флота…
Фильм вышел в 1935 году, но, увы, «Песенки для кино» в нём не было. Зато молодой Николай Крючков пел с киноэкрана четыре строчки из стихотворения Павла Васильева «Песня» («В чёрном небе волчья проседь…»):
Сквозь осеннее ненастье
Я брожу в твоих краях…
Отчего ты снишься, Настя,
В лентах, в серьгах, в кружевах?
Строчки немного изменены, в оригинале отрывок из стихотворения звучит так:
Сквозь казацкое ненастье
Я брожу в твоих местах.
Почему постель в цветах,
Белый лебедь в головах?
Почему ты снишься, Настя,
В лентах, в серьгах, в кружевах?
Фрагмент из фильма с пением Николая Крючкова (композитор С. Потоцкий) в наше время желающие могут послушать в интернете:

Вряд ли Павел был рад звучанию с киноэкрана этих четырёх строчек, тем более что в титрах его фамилию, разумеется, никто не указал… Да и 1935 год был для него очень тяжелым: скандалы с Эфросом и Алтаузеном, исключение из Союза писателей, суд, колония в Электростали, Таганская тюрьма…
А в 1936 году, вскоре после освобождения Павла, на экраны вышел фильм «Партийный билет». «Врага народа» Павла Казакова, очень напоминающего своим поведением Павла Васильева, играл Андрей Абрикосов. «Роман с кинематографом» для Павла явно не был удачным…
В прошлом году сообщение о сотрудничестве П. Васильева с Б. Барнетом появилось в интернете на ленте РИФ «Новости» (Рязанский информационный форум), правда, почему-то без подписи. В конце заметки автор пишет: «По воспоминаниям народной артистки РСФСР, трижды лауреата Сталинской премии Елены Кузьминой, к ним с Борисом Барнетом на квартиру зимой 1937 года Павел Васильев приходил и читал стихи. Они «были великолепные и действовали, как сильная музыка».
Борис Барнет стал впоследствии заслуженным артистом РСФСР. Наибольшую известность и Сталинскую премию ему принёс фильм «Подвиг разведчика» (1948 год). По мнению киноведов, именно «Подвиг разведчика» заложил основу традиции героико-приключенческих фильмов в СССР…
В 1963 году после конфликта с руководством студии «Мосфильм» Борис Васильевич Барнет подал заявление об уходе. В последние годы он работал на разных киностудиях, переезжая из города в город. Режиссёр покончил с собой в рижской гостинице в 1965 году.
Звезда немого кино
Если обстоятельства знакомства Бориса Барнета и Павла Васильева нам неизвестны, то свою встречу с режиссёром Анель Судакевич описала подробно. Когда она училась в знаменитой студии Юрия Завадского, туда пришли Борис Барнет и Фёдор Оцеп (тоже режиссёр). Увидев её, пригласили прийти на студию «Межрабпом». Первая же картина, в которой снялась Анель, была необыкновенно популярной, называлась эта лента «Победа женщины» (1927 год). В этом же году Судакевич играет ещё в трёх фильмах: «Поцелуй Мэри Пикфорд», «Кто ты такой», «Земля в плену». Она становится настоящей звездой немого кино. В 1928 году В. Пудовкин снимает её в фильме «Потомок Чингисхана», а в 1929-м Лев Кулешов в ленте «Два-бульди-два». Анель получала невероятное количество писем со всех уголков Советского Союза, кто только ей не объяснялся в любви!
Борис Барнет познакомил Павла Васильева со «звездой русского Голливуда», а, может быть, наоборот — Судакевич познакомила поэта с режиссёром? Нам уже не узнать, и спросить, увы, не у кого — Анна Алексеевна умерла 26 августа 2002 года в возрасте 96 лет. В её воспоминаниях (по крайней мере, опубликованных) имя Павла Васильева не встречается. Может быть, вспоминала она о трагической судьбе поэта, когда писала эти строки о 30-х годах: «…Аресты шли обычно по ночам — и наутро люди шёпотом сообщали друг другу: «Сегодня взяли такого-то…» Слухи, тревога за близких, полная неизвестность о судьбе ушедших в тюрьмы делали жизнь невыносимой…».
О репрессиях она знала не понаслышке. Старшая сестра её мужа Асафа Мессерера — Рахиль Плисецкая была арестована и отбывала срок в АЛЖИРе (Акмолинский лагерь жён изменников родины) вместе с восьмимесячным сыном Азариком. Когда её арестовывали, старшие дети — Майя (12 лет) и Александр (7 лет) были на детском спектакле в Большом театре. Возможно, их это спасло. Будущую великую балерину удочерила сестра Асафа Суламифь, Асаф усыновил Алика…
Воспоминания А. Судакевич «Портрет моей судьбы» были опубликованы в журнале «Искусство кино» в 1996 году (№5). Рассказывает здесь она и о знакомстве с Маяковским, о поездке с ним в Хосту. А подробный рассказ об этой поездке (с фотографиями) был опубликован ещё к 70-летию со дня рождения поэта, в 1963 году в журнале «Советская эстрада и цирк» (мне любезно помогли отыскать все эти материалы сотрудники Центральной научной библиотеки Союза театральных деятелей в Москве). В Хосту Анель Судакевич ездила с молодежью Большого театра (вспомним, что в квартире И.М. Гронского частыми гостями были артисты Большого). У неё тогда только начинался роман с танцовщиком Асафом Мессерером… Анель Алексеевна вспоминала, как Маяковский, примкнувший к их весёлой компании, купил целую пачку открыток с её фотографией (они продавались во всех киосках в фотосерии артистов кино) и «многозначительно и торжественно преподносит их прохожим; по дороге останавливает машину и дарит мои фотографии встречному пастуху. В машине Маяковский, Асаф Мессерер, моя сестра-студентка и я. Владимир Владимирович острит, сравнивая наши глаза — мои и сестры. Ведь я уже снимаюсь в кино, слегка гримируюсь и чувствую себя немножко «звездой». Владимир Владимирович шутит: «У вас глаза в мировом масштабе, у Софочки в советском, поэтому она мне больше нравится». В компенсацию за обиду дарит мне свою книжку с надписью «Анеличке»…»
Действительно, глаза у звезды немого кино были совсем не советские… И вскоре звуковой кинематограф перестал нуждаться в таких героинях — загадочных, чувственных, возвышенных. Пришёл типаж женщины-работницы, ударницы труда… К чести актрисы, она не «сломалась» после ухода из кинематографа, а нашла своё призвание в другом виде искусства. Она стала художником-модельером, работала художником по костюмам в театрах, затем связала свою судьбу с цирком. И стала главным художником Московского цирка и Союзгосцирка. На её счету множество великолепных костюмов и постановок. Достаточно сказать, что именно А. Судакевич придумала знаменитый костюм Олега Попова. В костюмах, выполненных по её эскизам, выступали Ирина Бугримова, Кио, В.Филатов, гимнасты Волжанские и много других известных артистов. В истории цирка эта талантливая женщина осталась еще и тем, что придумала манежный ковёр, состоящий из двух частей — центральной и её обрамления — «баранки», что позволяло быстро менять внешний вид манежа. Как отмечал в своей статье засл. художник РСФСР А. Фальковский, сейчас этой идеей пользуются во всех цирках мира (журнал «Советская эстрада и цирк», 1991, №5).
С кинематографом А. Судакевич рассталась не только потому, что сменился «тип героини», но и по личным обстоятельствам: выйдя замуж за Асафа Мессерера, родила ему сына Бориса, сейчас известного архитектора и художника. Прекрасные отношения были у неё с невесткой Беллой Ахмадулиной, которая посвятила своей легендарной свекрови стихотворение «Путник»:
… Приняв на лоб припек огня
небесного, он от меня
всё дальше и — исчезнет скоро.
Смотрю вослед моей душе,
как в сумерках на убыль света,
отсутствую и брезжу где-то -
то ли ещё, то ли уже…
Вдохновенный «небесный огонь» Анель Алексеевна Судакевич сохраняла до последних лет… Она изящно «закольцевала» свою кинематографическую биографию в 70-х годах прошлого века. М. Швейцер снял её в «Маленьких трагедиях», а Элем Климов — в «Агонии».
В 1996 году была опубликована переписка А. Судакевич с Всеволодом Пудовкиным (в уже упоминавшемся журнале «Искусство кино»), они переписывались несколько лет в 30-х годах прошлого века. Великий режиссёр психологически точно определил суть своего адресата: «…А Вы так устроены, что у Вас есть судьба». Когда Анель Алексеевна умерла, некрологи о ней публиковались во всех ведущих российских изданиях. Её называли выдающимся деятелем отечественной культуры.
У Павла Васильева есть стихотворение «К портрету», датируемое 1932 годом:
…Ты сейчас уйдёшь. Огни, огни!
Снег летит. Ты возвратишься, Анна.
Ну, хотя бы гребень оброни,
Шаль забудь на креслах, хоть взгляни
Перед расставанием обманно!
До сих пор, комментируя эти строки, исследователи писали: «Реальная героиня этого стихотворения неизвестна». Можно предположить, что посвящалось оно Анне Алексеевне Судакевич, выбравшей для себя в молодости сценическое имя Анель.
Некоторые материалы о Павле Васильеве | Васильев Павел Николаевич [23.12.1909 (5.1.1910)[/h2]