Повелительница крыс

20 августа 2017 — Андрей Жидков

Жидков Андрей

Повелительница крыс

 

 

Это лишь выдержки из основного произведения. еще не знаю выкладывать ли его полностью

 

Содержание.

Стр. 3: Вводная глава или первое предисловие.

Стр. 4: Второе предисловие.

Стр. 5: Утро в крысином раю.

Стр. 9: Почем нынче жизнь на эшафоте? По червонцу за срубленную голову!

Стр. 16: Кровь на руках святых и солнце над кладбищем.

Стр. 30: Ты видишь, но ты слеп. Открой глаза и смотри.

Стр. 39: И еще вздох до того как тьма нас коснется.

Стр. 44: Повелительница крыс.

Стр. 46: Жестокость.

Стр. 50: Вакханалия.

Стр. 54: Жертвоприношения крыс.

Стр. 58: Онанизм и публичная оргия.

Стр. 62: Иди и смотри…

Стр. 68: Нас призвала повелительница крыс!

Стр. 74: Судилище крыс.

Стр.79: Скрежет клыков.

Стр. 85: Крестов на голгофе хватит на всех.

Стр. 90: Послесловие, вместо заключительной главы.

 

 

Гнет рождает возмущение, возмущение вызывает меры, последние, в свою очередь, увеличивают опасность восстания….

 

….Обычное русское лукавство; закон обнародован и ему повинуются… на бумаге. Этого правительству довольно.

 

Богатые здесь не сограждане бедных.

 

Маркиз де Кюстин «Россия 1839 года».

 

Вводная глава или первое предисловие.

I

Милостивый друг, прежде чем вы окунетесь в абсурдный мир данного произведения, хочу вас искренне предостеречь. Упредить, что оно представляет собой этакое философское размышление. Абстрактную аллегорию, в которой я позволил себе представить то, на что бы походила действительность, если узаконить в ней алчные стремления предпринимателей, реализовать все их мечты, предав некоторым из них статус закона. Если дать силу всем несуразнейшим проектам законодателей. Если воплотить нелепые половые педофилистические фантазии социальных работников, доведя их до абсолютного абсурда лишенного всякого здравого смысла. Если исполнить чаянья церкви и повесить ценник на бога. А для пущего безумия приукрасить перечисленное приторно медовой гнилью; интернета, теле эфира, и теперешних кумиров. И разумеется облачить в моральное извращение моды…. А после вывернуть на изнанку…. Не любопытно ли во что после всего этого превратиться наша с вами реальность?

Вот только при пристальном рассмотрении, вдруг с ужасом понимаю, что этот мой гипотетический бред не так уж далек от теперешней уже существующей действительности. Даже более того, в иной раз постыдно копируя, пародируя ее, сливается с ней на столько что не отличить.

Наверное, быть может, это от того что слишком многое позаимствовано из контекста моей собственной биографии, и жизни тех с кем меня сводила судьба. Я всего на всего лишь изменил имена, а описанный сцены и факты имеют место быть, и не коим образом не являются выдумкой. Как бы при этом дико, пугающе и отвратительно не выглядели….

Единственно еще страшит меня лишь то, что как бы не оказался мой гипотетический бред пророчеством….

 

А еще просил казак

Правды для народа.

Будет правда на земле -

Будет и свобода.

 

Казачья молитва.

Второе предисловие.

I

Окончив в две тысячи восьмом году педагогический университет, я покинул его кафедру с амбициозной решимостью пойти по учительской стезе. Мною владело неистовое воодушевление, жажда преподавательства, с единственной целью наполнить чистые непорочные детские души знанием родной истории. Обуреваемый сим порывом я для начала отправился в Районный Отдел Народного Образования (РОНО). Там мне дали примерный список нуждающихся в учителях школ и благословили на хорошее дело. Увы, более ничем помочь они не могли, так как волею гения нашего министерства образования набором педагогического состава школы ведал исключительно ее директор. Которому специалист со студенческой скамьи даром не нужен. Они, руководители учебных заведений, хотят видеть в своем штате человека со стажем, опытом, квалификацией.

Кстати это же касается и детей. К примеру, дочери моей знакомой предложили убраться из школы «по-хорошему» сразу после восьмого или девятого класса. Поскольку ребенок не является круглой отличницей и существует риск не сдачи экзамена ЕГЭ. Что может здорово подпортить показатели школы и премиальные ее начальства. Вот для красивой статистики они и избавляются от слабых учеников . Слава министерству образования! Министерству образования слава!

Тем не менее. После продолжительных мытарств я таки нашел школу готовую принять к себе педагога не обзаведшегося еще категорией и прочим. Правда, только путь от дому до места работы занимал два с лишним часа. Для жителей Петербурга наверняка знакомо на каком отдалении расположен от Колпино проспект Большевиков. С чем еще можно было смириться. В конце концов, к занятиям ведь возможно подготовиться и по дороге, на коленке в метро.

Однако белокурая, очаровательная милейшая женщина из бухгалтерии печально уведомила:

- Первый год, покуда не наработаете стаж ваша заработная плата, молодой человек, будет составлять восемь тысяч рублей. – Ее пальцы постучали по кнопкам калькулятора. – После же всех налоговых и прочих вычетов это будет семь тысяч восемь рублей. Без копеек. Безусловно, через год у вас будет прибавка, но она очень маленькая. Признаться именно по этой причине от нас уволился ваш предшественник. Так же, как и вы после института. Проработал у нас год, а потом нашел не связанную с учительской деятельность приносящую достойный доход. Конечно сожалел очень. Говорил, что был бы рад иногда в свободное время преподавать, безвозмездно.

Выслушав откровение бухгалтерши, я должен сознаться, что вынужден был призадуматься. Ибо с одной стороны мне по-прежнему крайне хотелось преподавать, в то время как с другой, существовала жесткая материальная необходимость. В результате тягостных колебаний мною было все же принято решение обождав годик, попытать удачи в преддверии следующего учебного года. Вдруг появится вакансия по ближе к дому. А ежели повезет то и в моем районе.

Ну а дабы были покамест средства к существованию, я временно на период зимы устроился грузчиком на склад косметики.

Помню, как принес и положил на стол перед матерью первую свою зарплату в двадцать одну тысячу рублей. Что ровнялось трем учительским окладам.

Как же мне обидно стало от этого. Обидно до рвоты. До дрожи в скулах. До боли в кулак сжимающихся пальцах. До ненависти к тому членососу, что сидит в кресле министра образования. До желания размозжить хлебало тупому, и глубоко до ануса любимому президенту коленной кочергой…. Настолько мне было нестерпимо обидно. Так как получалось, что все пять лет обучения зря и не нужен я вовсе как специалист своему государству.

Не буду говорить, что я так и не устроился по своей профессии. Поскольку прошествии года, точно так же как и в предыдущий раз, мои поиски оказались напрасны. Вновь впустую пробегал по кабинетам околачивая двери. И как следствие вынужден был вернуться обратно на склады. Однако таких как я, увы, не мало….

Я со многими такими же имел удовольствие познакомится в процессе работы в одном строительном гипермаркете. Где был охранником историк, в отделе светильников продавцом социальный педагог, в отделе сыпучих материалов промоутером учитель биологии…..

Вероятно, по этому у нас в нынешнее время так туго с образованием, что люди коим в пору преподавать вкалывают невесть где. Что вместо того чтобы обогащать детские души знанием они таскают мешки, впаривают хлам, пугают мелких воришек, и глушат порой озлобленность водкой….  

Но будьте покойны и верьте, что скоро подымет мохнатое знамя ее высочество повелительница крыс….  

 

 

 

 


II

Предприятие, на котором трудился Алексей, носило гордое название «ООО Интернационал Продакшин Корпорэйшн Энтерпрайзест» и располагалось в зоне промышленных складов по адресу Калинина тридцать девять. Хотя полуразрушенные обветшалые каменные сараи бывшего кирпичного завода трудно назвать складами. Слишком уж малопригодны были они для хранения чего либо, в силу вечно протекающей крыши и рушащихся стен.

Систему складов обносил местами перекосившийся и просевший кирпичный забор, норовящий со дня на день рухнуть. Сразу за его воротами раскинулась небольшая парковка, перед величественным двух этажным великолепно отремонтированным зданием офиса. Там сидели менеджеры. Так сказать элита, опора и основа фирмы. Те, кто в поте лица трудились перед компьютерными мониторами, под прохладным кондиционером рискуя заболеть страшным недугом «sitting ass».  

Алексей же относился в компании к рангу неблагодарной челяди трудившейся на свежем воздухе под прямыми лучами палящего солнца, в пыли и грязи таская мешки со шпаклевкой, штукатуркой и цементом. Да и вообще прочий строительный материал.

Возле въездных ворот Алексея встретил худощавый осунувшийся молодой человек лет двадцати пяти. Как старший смены он всегда приходил всегда раньше других. 

- Сегодня мы без водителя, поэтому на погрузчике будешь ты. – Сухо произнес он после обмена приветствиями.

- А с Димой то что? – Удивился Алексей.

- Его жена у себя на работе в гипермаркете из продуктов предназначенных к вывозу на свалку просроченный йогурт взяла для ребенка и попалась. – Прокашлявшись, старший смены сплюнул на асфальт кровавую мокроту.- Вчера он позвонил мне, поздно вечером сказал, что поедет на судебное слушанье.

- Уже так быстро? – Поразился Алексей.

- Да сейчас судебная система работает с невероятной скоростью. – Бесспорно, констатировал в ответ молодой мужчина.

- И сколько ей грозит Андрей Александрович?

- Дима говорит, что прокуратура требует шести лет заключения.

- Но у нее же грудной ребенок!

- Готово постановление об его отправке в сиротский приют.

- Но Дмитрий ведь вполне может позаботиться о ребенке!

Андрей Александрович криво усмехнулся:

- Всем наплевать и на Дмитрия и на его ребенка и на его жену. Все хотят красивых показателей и цифр. Полиция заодно с судом докажут что не напрасно едят свой хлеб упрятав понапрасну за решётку человека. А социальные службы поставят очередную галочку разлучив семью. И у всех будут показатели работы. А то, что от показателей не добром, а искалеченными судьбами смердит это уже другой вопрос.

- Как бы Дмитрий после такого не запил.

- А что ему еще остается ? – Старший смены снова закашлялся.

Алексей сочувственно посмотрел на него. Он давно уже замечал, как тот сильно похудел и осунулся за последние полгода. А тут еще прибавившаяся к его ужасному кашлю отхаркивающаяся кровь.

- Тебе бы показаться врачу Андрей Александрович. – Участливо промолвил Алексей.  

- Я был уже у фтизиатра.

- И что он?

- Говорит что у меня туберкулез. – Криво усмехнулся с горечью мужчина.

- Ну, а лечение назначил?

- Выписал мне таблетки Рифомпицин и Этамбутол. – Андрей Александрович вынул из кармана потертой грязной спецовки две пластинки с красно-оранжевыми и белыми таблетками. – Предлагал еще и уколы Тубазида, но я отказался, поскольку медсестра берет за процедуру пятьсот рублей.

- Я слышал, что туберкулез лечат в специальных диспансерах.

- Это было раньше. – Убрав лекарства обратно в карман комбинезона, старший смены обреченно покачал головой. – Сейчас диспансеры закрыты в целях экономии государственных средств. 

 

 

 

 

 

 

II

Лежа на полу под ста шестидесяти килограммовой тушей хозяина, Наташа буквально задыхалась, будучи фактически вдавленной в ковер всей навалившейся массой. Вдобавок ее изрядно мутило. Однако ей ничего ни оставалось кроме как терпеливо ждать, когда он, наконец, кончит, сдавленно попискивая в такт его толчкам. Только проснувшаяся Анна безучастно наблюдала за происходящим с постели.

В этот момент дверь спальни бесшумно приотворилась и возникшая на пороге горничная, миловидная женщина лет тридцати, не обращая ни какого внимания на творимый половой акт, невольной свидетельницей которого стала, сообщила о визите начальника дорожной полиции. По ее словам, он привез сына хозяина Проксимилиана Мирославовича, что-то по обыкновению набедокурившему в городе.

- Пошла вон! – Сквозь зубы прорычал ей в ответ мужчина со все большим, возрастающим, остервенением вгоняя орган в юную податливую плоть, готовясь излиться в нее….

Служанка сею же секундно исчезла за дверью. Вот только извергнуться мужчине так и не удалось. Ибо сношаемая им девушка вдруг, с громким бульканьем, начала исторгать из себя рвотные выделения едва сама не захлебываясь в них. Это окончательно выбесило Мирослава Максимовича. И встав с девушки, с моментально опавшим достоинством, он в бешенстве раздосадовано со всей силы пнул Наташу ногою в живот.

Вскрикну та беспомощно сжалась в комок застив голову берестами рук. На ее счастье продолжения не последовало. И оставив ее нагое тело на полу, мужчина просто вышел прочь…..

 

 

 

III

Так уж повелось в нашем пластмассовом мире, что деньги даруют власть, пропорционально возрастающую относительно их количества. То есть чем больше денег, тем больше власти. Власти над людьми, а при достаточном количестве то и над всевышним, ибо церковь, какой бы она не была, всегда деньги любит превыше бога…..

Вот и у Мирослава Максимовича было немного такой власти. Правда, к сожалению, не столько, сколько хотелось и желалось бы, а значительно меньше. Поскольку на достойную жизнь и содержание двух малолетних потаскух с трудом хватало. Приходилось экономить. Сокращать руководимой фирме расходы по технике безопасности, траты на заработную плату персонала, налоги и прочее….. 

Единственная неприятность, которая портила Мирославу Максимовичу всякий раз настроение, так это необходимость периодически подкармливать представителей иной, государственной власти.

Одним из таких прикормышей Мирослава Максимовича был начальник дорожной полиции округа Дмитрий Дмитриевич Хрящев. Он дожидался появления предпринимателя в его рабочем кабинете, будучи препровождённым туда прислугой. Там и застал его Мирослав Максимович, сидящим вальяжно развалившись в мягком кожаном кресле.

При появлении хозяина дома, он незамедлительно встал. После чего, тепло и дружески поприветствовав друг друга, мужчины заняли свои места. Мирослав Максимович уселся за свой массивный дубовый стол, а Дмитрий Дмитриевич плюхнулся обратно в мягкое гостевое кресло.

- Так что там отпрыск такого снова натворил? – Устраиваясь поудобнее, хозяин дома предпочел, сразу незамедлительно перейти к делу.

- Всего лишь ночью на машине, на скорости в двести восемьдесят километров в час сбил пешехода.

- Надеюсь насмерть? – Вынув из ящика стола пачку денег, положил ее напротив господина полицейского.

- Разумеется насмерть! Разве на такой скорости могло ли быть по-другому? – Однако убрав денежную пачку в боковой карман мундира, он, внезапно слегка помрачнев, коротко добавил. – Вот только этого мало.

Делопроизводитель изумлённо приподнял бровь. 

- С пострадавшим там был еще один человек. Он попытался вызвать; скорую, наряд, и заснять вашего сына на телефон. 

- И что же предпринял мой сорванец?

- Он попытался его расстрелять из травматического пистолета.

- Только не говори мне, что мой идиот, позволил ему остаться в живых! – В сердцах воскликнул гневаясь Мирослав Максимович.

В ответ на упитанном, округлом, мясистом лице полицейского засияла широкая издевательская улыбка. Она служила подтверждением его опасений. От чего Мирослав Максимович, не сдержавшись, разразился бурным матом, поминая все не пристойные места своей жены, родившей ему столь никчемного наследника, не способного как следует прибраться за собой. Но охаяв жену, предприниматель переключил гнев на представителя полиции, чья улыбка от бросаемых хозяином дома похабных эпитетов становилась заметно шире:

- А вы что же не оказали ему ни какого содействия? – Ударив кулаком по столешнице, заорал Мирослав Максимович, срывающимся голосом.

На что начальник полиции округа сокрушенно с насмешкой, совершенно спокойно, покачал головой:

- Мои люди уборщики и смирители, но не палачи.

- Ну, это я слышал, что на улицах бывших урок кто-то вместо вас казнит.

- Мне это только на руку. – Полицейский хитро прищурился. – Эти пакостные твари, все равно работать не хотят, только и могут, что пальцы гнуть, по фене ботать, да статистику портить своими делишками. Так что пусть мразей режут. Мне даже безразлично кто это делает, для чего и чем руководствуется. Лучше я буду иметь в отчете пару не раскрытых убийств, чем расхлебывать целый ворох краж и разбоя.

- Ладно. – Досадливо махнув рукой предприниматель и извлек из того же ящика вторую пачку денежных ассигнаций. – Этого надеюсь достаточно, для решения возникшей проблемы?

- Вполне! – Заполучив вторую пачку, довольный собой полицейский спрятал ее в противоположный карман.

- Хорошо бы еще информация о шалостях моего отпрыска не попала к журналистам. – Посетовал тем временем, несколько успокоившийся Мирослав Максимович. – Не хотелось бы скандала на кануне выборов в федеральную думу.

- Будто огласка способна повлиять на результат, который давным-давно уже подготовлен, подтасован и будет оглашен неважно при какой явке.

- Народу крайне необходима иллюзия того что им дано право что либо решать и что от сделанного решения что либо зависит. В целом же этот бред зовется демократией. То бишь величайшей глупостью и заблуждением человечества. В самом деле, давно пора уже прекратить заниматься ерундой и узаконить владение людьми на правах собственности. Что и так по сути уже существует, остается всего на всего придать этому законную силу.

- Я читал где-то, что есть такое государство толи Древняя Греция, толи Спарта и там такой ход вещей издревле практикуют и называют «Рабство».

- Я тоже слышал о таком. – С видом авторитетного знатока согласился предприниматель. – Если не ошибаюсь, эта страна как вы и сказали, зовется Спарта. Находится она где-то на юге и принадлежит к числу стран третьего мира....

- Не думал, что эти страны опережают нас в своем развитии.

- Они в последнее время прогрессирую довольно высокими темпами.

- Я так понимаю, став депутатом вы будите стараться направить страну по пути этого прогрессирования?

- Естественно я приложу для этого все свои усилия и влияние, но первоочередной задачей я все же считаю снижение налогов для юридических лиц.

- Но государство вроде бы и так намеривается понизить в следующем году налог на один процент…..

- Дорогой Дмитрий Дмитриевич. – Перебил его будущий депутат. – Взымаемые сейчас государством семь процентов слишком огромная для дела сумма. Я предлагаю снизить ее как минимум до пяти, а то и до четырех процентов….. – Мирослав Максимович откупорил початую бутылку превосходного французского коньяка и знаком предложил Дмитрию Дмитриевичу.

- От хорошего коньяка никогда не откажусь. – Жадно причмокнув толстыми губами, ответил тот.

Одобрительно улыбнувшись начальнику полиции, Мирослав Максимович быстро наполнил два стакана коричневым экстрактом. Но затем вспомнил о том, как отвратительно пошло виски сегодня еще раньше и, решив не пить без закуски, нажал расположенную на столе рядом с пепельницей и пресс-папье красную кнопку вызова. И в следующее мгновение дверь кабинета распахнулась и в нее вбежала та миловидная горничная, что извещала о приходе полицейского.

- Чего вам Мирослав Максимович будет угодно? – Почтительно спросила она полным кротости голосом.

- Мариночка, принеси ка нам с Дмитрием Дмитриевичем закусить, чего ни будь по-скоренькому.

- Слушаюсь Мирослав Максимович. – Сделав пружинистый реверанс молодая женщина исчезла, возвратившись спустя несколько минут с большим овальной формы металлическим подносом.

Грациозно продефилировав с ним по кабинету плавно покачивая широкими изящными бедрами, она, остановившись подле стола начала составлять на его поверхность маленькие фарфоровые пиалы, в которых помещалась скромная не претенциозная закуска. А именно; фаршированные грибами раковые шейки под сливочно-чесночным соусом на черепашьих яйцах, маринованные мидии, тонко нарезанные ломтики белого хлеба, и обжаренная на оливковом масле порубленная маленькими кусочками ветчина.

Пока горничная суетливо освобождала поднос, начальник полиции округа, запустив руки ей под юбку, деловито ощупывал ее ягодицы. Упругие и крепкие они явно его восхищали. Женщина в свою очередь, не отвлекаясь, не обращала внимания на творимое у нее под подолом юбки. Да и к чему ей было противиться. Ведь, по сути, со стороны полицейского это было не домогательство, а оказанная высокая честь…..

- Кстати, а как там мое непутевое чадо? – Подцепив двумя пальцами маринованную мидию, поинтересовался предприниматель.

- Проксимилиан Мирославович сейчас отдыхает в своей комнате. – В ответ сразу же доложила молодая женщина. – Мальчик сильно устал. Не стал даже завтракать. Я вызвала ему доктора Вяземского Евгения Валентиновича, экстрасенса и попросила кухарку Анну Сергеевну дать ему немного своего грудного молока . Женское молоко очень хорошо тонизирует, снимая токсическое, а так же наркотическое отравление, как  рассказывали в программе «Здоровье».

- Что ж, замечательно! – Одобрительно хмыкнул Мирослав Максимович и, подумав, добавил. – В таком случае поднимись сейчас наверх, уберись в спальне и покорми там этих, чем ни будь.

Он не сказал кого, но Марина превосходно поняла, что речь о девушках содержанках:

- Слушаюсь Мирослав Максимович. – Произнесла она скороговоркой заученную фразу и, одернув задранную полицейским юбку, покинула кабинет, торопясь выполнить данное поручение.

Наполненные же спиртным стаканы звонко стукнусь…..

 

 

 

 

 

 


V

Солнце преодолев долгий путь по дуге небосвода достигло наконец своей крайней, предельной западной точки, нависнув над ней красным гигантским огненным шаром. Его пурпурные лучи слегка подкрашивали серую мутную поверхность в излучине мелководной речушки, протекавшей мимо их склада куда-то по направлению к Финскому заливу. И трое мужчин стоя на ее обрамленными железобетонными блоками берегу, с усталой радостью наблюдали за светилом, приветствуя окончание тяжелого дня.

- У вас не найдется ли сигаретки Андрей Саныч? – Спросил первый из них, по имени Василий, второго коим был старший смены.

- Конечно Васенька. – Добродушно ответил тот и вынул из нагрудного кармана рабочей куртки несколько помятую пачку. Угостив из нее кладовщика Василия, да и сам взяв в зубы сигарету, он чиркнул зажигалкой и они оба закурили, пуская на выдохе сизые облака табачного дыма.

- Без пятнадцати восемь. – Констатируя произнес Алексей, третий из любующихся умиранием дня. 

- Докурим и пойдем закрывать склад. – Кивнул ему Андрей Александрович.

Едва уловимый ветерок, легонечко качнув верхушки низеньких деревьев густо поросших на противоположном берегу, оставляя след ряби на скользкой водной глади повеял в лицо всем троим ее зловонным смрадом. От воды и впрямь исходила удушающая вонь гнилой плесени в сочетании с ароматом разлагающейся трупной падали и еще чем-то органическим….. Словом невообразимая тошнотворнейшая вонь….. Однако успевшие привыкнуть к ней за лето мужчины, будто не замечали ее вовсе. Да и стоит ли обращать на такую мелочь внимание, когда рабочая смена на исходе.

- Слышал я, что якобы сам Мирослав Максимович собирался к нам сегодня нагрянуть. – Как бы, между прочим, промолвил задумчиво Василий.   

- Какая радость, что он всё-таки не приехал! – Тут же воскликнул Алексей. 

- Да уж. – Согласился с ним старший смены. Обязательно до чего ни будь (слово в ярко выраженной вульгарной форме обозначающее грубое сексуальное домогательство).

В этот момент, на дикой скорости со страшным визгом стираемых покрышек, на площадку влетел новенький коричневый микроавтобус. Едва не вписавшись в оставленный возле, служащего сторожкой для оператора склада, вагончика паллет кирпичей, он резко затормозил и из него выскочил молодой человек с вытаращенными ошалелыми глазами. В какой-то нелепой неадекватной панике, оббежав свой микроавтобус по кругу, судорожно ища глазами складской персонал, покупатель вдруг наконец заметил троих стоящих в десяти метрах от него мужчин. Наверное, по причине неопрятной, рванной, грязной рабочей униформы, он изначально принял их за бомжей. Однако как следует присмотревшись радостно побежал к ним. Попутно он попытался пошутить по поводу того что все таки успел, и что у него совсем маленький заказ. Правда, глядящие на него с нескрываемым раздражением три чумазые рожи, явно юмор не оценили. Наверное потому что валящимся от усталости с ног, упахавшимся за весь нескончаемый рабочий день людям просто не смешно. Им не хочется смеяться. Им хочется поскорей уйти домой. Да и юмор у них зачастую преимущественно касающийся их самих, их общей работы, а потому понятный только ограниченному, состоящему из коллег кругу лиц.

Как выяснилось, прибывшему клиенту требовался паллет цементно-песчаной смеси М 150 в количестве сорока восьми мешков весом по двадцать пять килограммов. Очень смешная шутка.

- Давайте я вам поставлю сразу все поддоном? – Сходу предложил Алексей.

- У меня новая машина и для меньшей нагрузки на амортизаторы я хочу, чтобы вес распределили равномерно. Разложив в два слоя, по двадцать четыре мешка. – Замотал головой клиент.

По лицу старшего смены читалось явственное желание удавить ублюдка: «Какого лешего спрашивается ты сука приперся на этот убогий склад с раздолбаным асфальтом, на своей новой машине?» - Но вслух предусмотрительно учтивый Андрей Александрович произнес свое:

- Да конечно.

И они начали, вскрыв паллет перекладывать его вручную. В это время явился еще один дебил, на старенькой едва ли не разваливающейся на части колымаге. Въехав на территорию, он громко посигналил, давая знать о своем присутствии. Не прекращая перебрасывать вовнутрь микроавтобуса мешки, трое работников раздосадовано посмотрели на новоприбывшего. Этот был еще хуже первого, поскольку по социальным меркам принадлежал к средней или даже нижней прослойке населения. То бишь, по сути, был таким же работягой как они. Однако предварительно побывав в чистом уютном офисе, где мозолистую пролетарскую задницу до жемчужного блеска вылизывает бархатный язычок менеджера, он начинает сныть себя августейшей особой. В результате, кичась славным титулом «клиент» он, попадая в зону выдачи товара, дабы получить купленные по скидке пару шпателей и кисточку, сэкономив восемнадцать рублей, ожидает, что к нему сейчас подбегут юные пышногрудые красавицы в коротеньких шортиках и будут вертеться вокруг сексуально вращая бедрами. А кладовщик низко поклонившись целуя покрышки ее развалюхи прогнется заискивающе глядя в очи своего благодетеля. Но только вместо фривольных полуголых девиц три почти одичавших мужика не совсем опрятного вида. И во взгляде их нет почтительности, а наоборот он у них не добрый, чудь безумный и несколько кровожадный…..   

И посему я молю и заклинаю всякого. Еже ли вам дорого ваше душевное, эмоциональное, духовное и кармическое здоровье, то никогда, слышите, никогда не ходите в гипермаркет, супермаркет, торговый комплекс, торговый склад и вообще в какую либо торговую точку за покупками перед самым закрытием, когда уже остается менее десяти минут. Ибо то, что вы полагаете улыбкой на самом деле не что иное как злой звериный оскал. А когда вы станете уходить, вам плюнут в спину, обоссут бампер автомобиля и проклянут до тринадцатого колена….. 

 

 

 

 


Ты видишь, но ты слеп. Открой глаза и смотри.

I

Проснувшись практически сразу после ухода родителей и дедушки на работу, четырнадцатилетняя Светлана первым делом зашла с лайфона в интернет. Наспех пролистав и по правилам хорошего тона, как и подобает юной воспитанной девушке, обязательно лайкнув свежи выложенные фото подружек, она углубилась в изучение колонки новостей. Как приличной девочке ей необходимо было знать, что модно сегодня, а что негодно. Там писали, что сегодня в тренде; «инь, цвет пряно-лиственный маренго , селфи с высунутым языком, и начинать каждое обращение со слова ИНЬ».

В соответствии с этими новыми модными тенденциями, девушка присовокупила к своему школьному наряду, состоящему из черной коротенькой юбкой, белоснежной блузки с темно-синим галстуком, зеленый поясок и зеленые в бежевую полоску чулочки. Облачение получилось вполне ультра модным. В дополнение к нему Светлана накрасила губы зеленой помадой и подвела ресницы так же зеленой тушью. Что придало образу больше стильности. Оценивая его в зеркальном отражении, девушка, изогнулась всем своим еще по-детски стройным, нежным, прелестным телом, выпятив овалы упругих юных грудок и оттопырив округлость наливающихся спелостью бедер. Поза получилась вульгарная, пошлая, но эротически красивая. Окинув себя, застывшую в ней придирчивым, самокритичным взором, в целом девушка осталась довольна. Как бы в подтверждение чего, она сразу же сделала селфи в зеркале с высунутым язычком…..

Теперь после всех этих неимоверных трудов, нацеленных на поддержание имиджа образованной, культурной и просвещённой в знание моды девушки, можно было и поесть. К чему подстегивало возникшее легкое чувство голода.

Вихляя округлой девичьей попкой Светлана вышла из комнаты, и не обнаружив никого на кухне, проследовала в комнату деда, где как обычно отсыпался на раскладном кресле без ножек младший брат. Без лишних особых церемоний, она в бок стройной ножкой:

- Инь! Эй, проснись!

Парнишка нехотя приоткрыл левый глаз, вопросительно уставившись им на сестру.

- Инь! Я есть хочу! – Требовательно произнесла она.

- Так возьми там, на кухне разогрей себе чего ни будь. – Пробурчал недовольным сонливым голосом паренек, желая поскорее возвратиться в царствие морфея.

- Инь! Ты дурак, (следующее ненормативное слово характеризовало его как человека получившего умственное увечье головного мозга путем падения с некой высоты)? – Светлана снова как следует, с силой пнула брата в бок обутой в тапочку ступней. – Инь! Я еще учусь, а значит я еще ребенок, а ты работаешь, стало быть ты уже взрослый. Значит должен накормить меня! Быстро! Иначе сегодня же в школе нажалуюсь в «Службу защиты прав ребенка», чтоб они вас тут сгноили штрафами.

Бросив сказанное брату с видом эгоистичной стервы, девушка, вздремнув курносый носик, покинула комнату удалившись в туалет. Пока Сергей шаркая ногами возился на кухне, она приспустив трусики до колен устроилась на унитазе вместе со своим лайфоном. Лучшего места для общения в чате не найти…..

Ловкими, отточенными движениями скользящих по экрану тонких красивых пальчиков, Света принялась с потрясающей скоростью перелистывать странички, не забывая оставлять на них свои коменты , успевая при этом отвечать на переписку друзей и отшивать назойливых сексуально озабоченных на весь мозг кавказцев. Которые как под копирку подкатывали к ней яйца с одной и той же фразой: «Прыувет красаувитца!». Иногда, в зависимости от словарного запаса ее обладателя, приветственная реплика дополнялась и выглядела уже: «Прыувет красаувитца! Пакажы сиски!». Естественно за отсутствием ответа на подобную тупость следовало: «Чиво малчиш?».

При этом безотлагательно возникает вопрос: «Интересно ну хоть одна ответила «Да, дорогой зацени мои сисямбры! Покажи мне свой большой мускулистый пенис! Я уже вся потекла мой кавказский козёл!»?». На фоне сказанного складывается устойчивое впечатление об отношении к русским женщинам со стороны некоторых восточных гостей мужского пола как к легкодоступным безотказным проституткам. Этаким дыркам готовым всегда дать. Так что не обольщаетесь милые простушки в глазах восточного принца вы не более чем половая тряпка, шалава и дырка для исправления нужд….. С чем вас и поздравляю. И не спорю что таковые, как не прискорбно существуют. Но…..

Примечательно то, что их восточные принцессы, их жены и дочери приезжая в Россию пускаются в блуд похлеще бывалых русских распутниц. Они, срывая с себя хиджаб и паранджу вместе с чадрой, залазят в узкие облегающие джинсы, красят лица и с таким голодным неистовством отдаются дикой животной похоти, что бесы в аду смущенно отводят взгляды. Ибо словно обезумевшие от течки самки, готовы лечь под любого лишь бы унять кошмарный терзающий зуд воспаленной жаждой совокупления промежности.

Однако сидящая сейчас на унитазе Светлана не задавалась подобными тривиальными эпическими нравственными аспектами. Она, весело обмениваясь игривыми, граничащими еще с наивным неуклюжим детским флиртом, сообщениями. Вытекая из ее мочевого канала, под ней журчала золотистая струйка, а широко раскрытые карие глаза с азартным кокетливым блеском читали полные неумелых юношеских комплементов строки.

Но эти романтические эмансипации вдруг самым грубым образом прервал стук в дверь и приглушенный голос младшего брата:

- Иди ешь, пока опять не остыло.

- Инь! Сейчас иду! – Отозвалась девушка, и прежде чем покинуть совмещенную с ванной уборную, заглянув в висящее над зеркало, при помощи гипперплойки в два приема тут же мгновенно окрасила по одной пряди своих русых волос у висков справа и слева в ярко-зеленый цвет.

Ну а на кухне ее уже ждал горячий завтрак из яичницы с двумя обжаренными соевыми сосисками и денатурированный апельсиновый сок. Поглощая их с беспечной медлительностью, девушка попутно продолжала свое общение в социальной сети, а для вещего удовольствия включила на кухне микроплазменную проекцию экрана. При помощи пульта она выбрала музыкальный канал и на ней, на фоне непонятных футуристических линий появилось три страдающие анорексией девицы. Светлана мгновенно узнала в них любимейшую молодёжно-подростковую группу «Пушистые ванильки». А это был их очередной изрядно провокационный клип. Провокационный потому что вслед за девушками в кадре появился мускулистый, хорошо накачанный молодой человек в шортах, дымя сигаретой. В виду моральных соображений сигарету конечно же замулили.

Поочередно вступая вслед за крашеной блондинкой с блеклыми рыбьими глазами девицы запели:

Ты снова не лайкнул меня,

Мои новые селфи.

Я разбила об стену глаза,

Разодрала коленки.

Далее подхватив припев песни хором, девицы дружно сорвали с мужчины шорты, оставив совершенно голым. Примечательно, что фаллос подвергать цензуре не посчитали нужным. Вероятно, нарочитую демонстрацию мужских гениталий сочли искусством.         

Любовь как релиз

Я не тобою раздета.

Падение вниз

Зеленого цвета.

Истошно тянули писклявые слабенькие голосочки кумиров.

Наконец опустившись перед молодых мужчиной на колени блондинка запела непосредственно в его не замуленный эрегированный детородный орган: 

Меня ласкает другой,

Целуясь у всех на глазах.

Сто тысяч лайков, чат наш закрой.

Не с тобой в апельсиновых снах.

В кульминации клипа девушки срывали с себя тонкие кофточки обнажая накачанные силиконом слегка обвисшие груди. Которые так же из нравственных соображений замулили. Ведь негоже показывать в эфире обнаженную женскую грудь. Это ведь не член…..

 

 

 

 

 

 


Просторное, превосходно освещенное двумя большими двухстворчатыми окнами помещение, было чрезмерно стеснено нагромождением плотно выстроенных шкафов. Сквозь стеклянные дверцы которых виднелись ряды разноцветных форзацев книг методичек и всяческих пособий. Особняком от них стоял позади директорского стола, у противоположной от входа стены, шкаф без дверцей с толстенными папками на скоросшивателях. Свободные же промежутки и углы кое где зиявшие меж колоннами шкафов занимала разного рода складируемая утварь, в виде свернутых в тугие рулоны плакатов, пары сломанных принтеров, каких-то помеченных черным маркером коробок. 

Однако троих подростков насторожило слишком большое количество присутствующих. Поскольку здесь были все, не задействованные в сей момент на занятиях, преподающие в школе педагоги. К числу которых примкнула даже грузная румяная фельдшер Ирина Борисовна. Что свидетельствовало об некой чрезвычайной особенности данного собрания.

В виду создавшейся многочисленности основные две трети собравшихся учителей заседало за вытянутым, по типу конференционного, удлиненным директорским столом. Остальные теснились, облокачиваясь; кто на подоконник, кто на стенку шкафа, а кто просто нервически переминаясь с ноги на ногу.

В воздухе определенно попахивало либо экзекуцией, либо самобичеванием.

Возглавлял же этот педагогический bdsm лично директор образовательного учреждения полукоммерческого типа Горочев Александр Иванович. Крайне упитанный мужчина крупного телосложения с широким оплывшим жиром лицом. Откинувшись на спинку стула, подобно откормленному хряку, он сидел, сложив на объемистом внушительных размеров круглом животе толстые руки, и глядя на вошедших подростков своими овальными маленькими выпученными глазками.

Рядом с ним, с видом напыщенного пекинеса восседала Наталья Васильевна. Замечательный, выдающийся социальный работник и к тому же красивая женщина, она была облачена в голубую свободного кроя блузку и темно-синюю юбку, настолько короткую что любой из присутствующих без труда мог рассмотреть ее красные ажурные трусики. Хотя прочие, почтившие собрание присутствием дамы, были одеты немногим скромнее. Независимо от возраста, они носили глубоко декольтированные прозрачные блузы, подчеркнуто облегающие брюки, либо обтягивающие короткие юбки, демонстрирующие ученикам их коленки. Словом все необходимое для того чтоб порадовать взор малолетнего онаниста. И не удивительно что сопливые повесы порою их хватали за зады…..

При появлении вошедших в кабинет, сопровождаемых физруком двух девушек и юноши, они все разом встрепенулись, приосанившись и поспешно придав своим постным минам благочестивейшее строгое выражение. В отличие от них, Наталья Васильевна на своем размалеванном подстать непотребной уличной девке лице состроила сладчайшую елейную улыбку:

- И так, кто это у нас? – Поинтересовалась она звонким мелодичным воркующим голосом.

- Это Ключникова Светочка, Белькова Мариночка и Краснов Богославчик. – Называя имена в уменьшительно-ласкательном значении, представила подростков социальному работнику Татьяна Анатольевна, продефилировав к ним легкой воздушной походкой из другого конца кабинета. Женщина являлась школьным психологом. Низкорослая, с близко посаженными серыми глазами, смотревшими на мир сквозь линзы очков, и коротко остриженными обесцвеченными волосами, она имела самую посредственную непретенциозную внешность серой мышки. Примечательно что кичась собственной порядочностью, богобоязнью, еженедельным посещением церкви, сия матрона сорока двух лет славилась легкодоступностью, необузданной сексуальной распущенностью и была завсегдатай венерологического диспансера.

- Вы догадываетесь, по какому поводу мы все здесь сегодня собрались и для чего пригласили вас? – Чарующе улыбнулась Наталья Васильевна, показав жемчужные белоснежные зубки.  

- Нет….. – Забыв прибавить в начале модное «Инь» ответила Марина и все трое дружно пожали плечами.

Тогда директор, произнося слова с заметной, вызванной чрезмерным ожирением, отдышкой пояснил:

- Нас чрезвычайно встревожило, то видео что вы на днях выложили на своих страничках в интернете.

- Инь! А что с ним не так? – Часто заморгав своими зелеными ресничками, удивилась Светлана.

- Да вы на нем животное убиваете! Да еще таким зверским способом, что диву даешься, как такое вообще вам в голову пришло? – Значительно повысив голос, возмутился на простодушную реплику девушки пятидесяти восьмилетний мужчина.

Однако Татьяна Анатольевна его тут же грубо оборвала:

- Не забывайтесь Александр Иванович, что они всего лишь дети. – Самозабвенно повизгивая, произнесла она, обращаясь к директору наставительным тоном. – Своей бестактностью, и оказываемым давлением вы можете травмировать их хрупкую детскую психику.

- А как еще мне, по вашему, назвать учинённое ими живодёрство? – В сердцах воскликнул директор.

- Татьяна Анатольевна абсолютно права. – Вмешалась социальный работник. – Пусть, содеянное ими и вызывает у нас дикий ужас, но следует помнить, что они всё-таки дети.

В этот момент к вящему изумлению многих, заговорил один из притулившихся у подоконника мужчин. Контрастирующая с внешним видом прочих старенькая потасканная одежда с засаленными рукавами, выдавала в нем «шкраба». То бишь школьного работника на гособеспечении, ведущего занятия с первого по шестой классы, обучение в которых оставалось бесплатным.

- А для чего вы это сделали? – Иронично поинтересовался он у подростков.

- Как для чего?! – Засмеялся Богослав, определенно сочтя вопрос дурацким. – Мы за пару дней заработали пять тысяч просмотров!

- Инь! И три тысячи лайков. – Поддержав юношу добавила Светлана.

- То есть вы….. – Уточнял учитель, растягивая слова и шире расплываясь в своей шутовской улыбке. - ….взяли из приюта пса, укрылись с ним в заброшенном здании, связали его скотчем. За тем канцелярским ножом вырезали ему глаза, отрезали хвост, а после еще живого, но обезумевшего от боли забили кирпичами, размозжив голову?

- Да! – Признала Марина. 

Сидевшую в малиновом жакете молоденькую учительницу вырвало прямо на стол. Но, не смотря на прокатившийся сдержанный смешок, не обращая внимания на слабость желудка коллеги, учитель продолжал:

- И сотворили это только ради популярности в социальной сети?

- Разумеется! – кивнул юноша.

- Ну как бы типа да! – В один голос подтвердили обе девушки.

- Это определенно из-за компьютерных игр и животной пищи! – Безотлагательно сделала громогласный вывод школьный психолог.

- Едят они мясо или жрут траву здесь роли не играет. – Покачав головой заверил в ответ учитель. – Беда в том что они не страшатся смерти и ее могущества, не преклоняются перед ее неизбежностью, не чтут ее величия, не признают ее в серьез. Для них смерть ни что иное как веселая забава. То чем можно занять себя, развеять скуку. А потому доколе осознание и созерцание смерти любого живого существа не вселяет в их сердца холодный трепет, то и жизнь, в любом ее проявлении, в их глазах не будет иметь ценности.

- Аморальные вы вещи говорите. – Пренебрежительно хмыкнула женщина психолог.

- Убивать можно, но упоминать о смерти нельзя! Воля ваша. – Развел руками учитель, и отделившись от подоконника неспешно вышел покинув собрание.

- Ладно! – Проводив учителя взглядом и прочистив горло громким сухим кашлем, вновь забубнил директор, указывая на собравшихся перед собравшимися школьников. – А с ними, что нам следует делать? Какое воспитательное действие предпринять?

- Вне сомнений здесь явная вина родителей! – Немного подумав, рассудила социальный работник в красных ажурных трусиках. – Значит в первую очередь необходимо провести разъяснительную беседу с ними. Чтобы как следует, занимались воспитанием своих детей. Больше уделяли этому времени.    

Присутствующие педагоги многозначительно закивали. Будто не желая брать в расчет то обстоятельство, что социальным работникам глубоко наплевать на детей. Им не объяснить что зачастую отцы и матери мало времени уделяют общению с чадом, лишь потому что вкалывают по две, а то и по три смены дабы одеть, обуть и накормить его. И не их вина в том, а гнилостной экономики. Но для социальных работников красивая, ровная, безупречная отчетность важнее покалеченных детских судеб и разрушенных семей…..

Тем временем Наталья Васильевна продолжала, обращаясь уже непосредственно к детям:

- Передайте, пожалуйста, родителям, что я жду их к себе для беседы. У Татьяны Анатольевны и Александра Ивановича имеются мои контактные данные, поэтому проще всего будет, если о времени встречи условимся через них.

- Но и для Светланы, Марины и Богослава должно быть тоже какое-то наказание. – Демонстрируя внешним видом свое ярое недовольство, пробурчал директор.

- Дорогой Александр Иванович, спешу вас успокоить, что решением полиции, в соответствии с уголовно процессуальным кодексом правонарушений, им уже вменен штраф в размере двух тысяч пятисот рублей с каждого.

Все сразу же радостно загалдели, превознося неумолимость, строгость и быстроту правовой системы. Предпочитая не предавать значения тому, что за учеников раскошелятся опять-таки их родители.

Правда Светлана особо не разделяла этого всеобщего поросячьего восторга окружающих. Косясь краем глаза на своих друзей, виновато опустивших головы, дабы скрыть самодовольные ухмылки на лицах, она ясно представила себе так бесившие ее причитания отца, нравоучительные идиотские увещевания матери. «Из-за этого чертового штрафа родители полюбому обломают меня с новеньким Lifeon wc 5» - печально думала она – «Как будто денег у них нет. Для чего они тогда работают. Придурки. Хорошо бы им сдохнуть, что бы мне жить без них свободно».

Размышления Светланы прервала Татьяна Анатольевна, звонким, резким хлопком в ладоши:

- Но прежде всего, я надеюсь что Мариночка, Богославчик и Светочка искренне сожалеют о своем не хорошем поступке!

Моментально сообразив что от них требуются, подростки, про себя потешаясь над устроенным в их честь цирком, покаянно затрясли головами. 

- Да мы раскаялись. – Смиренно сказал Богослав.

- Мы поступили плохо и сожалеем. – Отозвалась Марина.

- Простите нас, мы больше так не будем. – Сказала Светлана.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 


Повелительница крыс.

I

У каждого события либо целой череды происшествий всегда есть некая исходная точка. То с чего они берут свое начало. То, что запускает, приводит в действие весь механизм дальнейшего развития истории. Этим отправным посылом может послужить все что угодно. Будь то услышанная фраза, увиденное действие, совершенный поступок или….. случайная встреча…..

Так и описанное мною далее спровоцировано маленькой встречей.

 

 

II

Худощавый мужчина лет тридцати пяти, в старой потертой, заметно полинялой светло-бежевой джинсовой куртке с неумело застиранными сальными пятнами на манжетах рукавов, быстрыми шагами торопливо шел по вечерней улице. Загорающие желтоватым светом уличные фонари освещали ему путь. В руках мужчина нес объемистый белый полиэтиленовый пакет, а на его гладко выбритом усталом лице сияла блаженная счастливая улыбка. Причиной ее была полученная сегодня днем, причитающаяся ему по закону учительская зарплата. Пусть и не большая, но эта сумма бодрила и приятно согревала душу учителя, лежа во внутреннем кармане его куртки. Хотя она и успела уже по-уменьшиться ровно на восемьсот шестьдесят семь рублей. Поскольку учитель в этот вечер решил оторваться по полной, и как можно смачно. Он купил целиковую куру, и приправу к ней для запекания. Ну а для салата вместо гарнира, банку красной крупной фасоли, крабовое мясо, баночку мелко нарезанных маринованных шампиньонов эконом класса, майонез по акции, лук репчатый . Так же были куплены; буханка черного столового хлеба и пачка черного ароматного чая с бергамотом по скидке.

Все перечисленное и составляло объемистый пакет, так восхитительно тяжеливший руку. Неся который учитель уже глотал голодные слюни, витая в мечтах над уже готовой курой и салатиком.

Однако внезапно окликнувший мужчину голос, вырвал его из сладчайшего мира грез скорого предвкушения. Это был Валера. Высокий плечистый молодой человек с выпирающей вперед массивной тяжелой челюстью и тупым коровьим выражением лица присущим обычно блатным уркам и дегенератам. Коим тот и являлся.

- Слышь! Это, не выручишь полтинником? – Спросил он, нагнав учителя.

- Нет. – Коротко ответил тот, успев уже сильно раскаяться что по доброте душевной дал как-то однажды дал этому периодически загорающему на нарах за хулиганку выродку пару червонцев. Теперь он как назойливый репей, при каждой встрече выклянчивал у учителя деньги. И так он допек своим нищебродством учителя, что тот вдруг предложил. – Может быть бы ты пошел, поработал?

Но Валера принадлежал к числу того быдла, что не умеет, да и не желает трудиться. Такого рода, так сказать приблатненная мразь, способна перебиваться лишь воровством, грабежом и попрошайничеством. И, по сути, являющаяся ничем иным, как гнойной гангреной на теле социума. 

Слова учителя моментально взбесили блатного:

- Ты что сказал? Ты охерел сука? – Взревел он во все горло сыпя в адрес мужчины жаргонной бранью. – Тебе что в хавальник прописать?

Учитель не успел понять и постичь причин столь неожиданной вспышки ярости, как мощный удар кулака в челюсть сшиб его с ног.

Черное небо опрокинулось. Вырвавшийся из разжавшихся пальцев пакет отлетел в сторону. От чего высыпавшиеся из него продукты разбросало по всему тротуару и проезжей части.

Все еще не осознавая сути, распластавшийся ниц на тротуаре человек, попытался незамедлительно встать на ноги. Но обрушившийся шквал безжалостных ударов в лицо и голову моментально пресёк его попытки, заставив беспомощно сжаться в комок. Ему, поскольку, не оставалось ничего другого кроме как, подобрав, подтянув колени к груди и обхватив голову руками сносить град обрушившихся ударов кулаков, вскоре сменившийся еще более яростными пинками ботинок.

Мразь лютовала. И никто не мог прийти на помощь избиваемому. Улица была совершенно пуста и безжизненна. Лишь пара автомобилей проехало мимо, да кто-то скользнул в подъезд соседнего дома, и редкий прохожий, перебежав на противоположную сторону улицы поспешил мимо. Но что им до избиваемого безмозглым быдлом человека. Лучше не вмешиваться, пройти мимо. Да и что они могли противопоставить приплетённому отморозку, его слабоумию и кулакам? Если у тебя нет, по сути, права защищать себя, то как ты можешь защитить ближнего? Один лишь вариант звать полицию, однако та разжирела, спряталась за металлическими дверьми, и по возможности стараются не показывать носа на улицах после захода солнца. Да и обращение к ней грозит кучей неприятностей, ибо сам же виноватым оказаться запросто можешь. А ежели и нет, то все одно какой в том толк, закон продан, куплен и еще раз продан. А тот закон, что есть ущербен и не имеет ни силы, ни здравого смысла ….  

А учитель уже ничего не ощущал кроме боли и наползающей темноты покидающего, расплывающегося сознания. В этот миг наваливающую тьму ускользающего сознания и мрак ночи внезапно прорезал звонкий женский крик:

- Оставь его!

Прекратив избиение, уголовник обернулся на голос. Но вынырнувшая из глухой тени ближайшей дворовой арки, миниатюрная, стройная, изящная огненно-рыжая девушка с черными, словно сама бездна тьмы глазами, оказалась проворней. Молниеносно подскочив к нему, она сходу резким выпадом снизу вонзила хулигану в живот большой кухонный нож. С глухим треском пропарываемой одежды, тот с легкостью вошел по самую рукоять в мягкую брюшную плоть.

Широко разинув рот, Валера схватил им воздух. Его устремленный к девушке взгляд выражал вопрошающее растерянное изумление застигнутого врасплох животного. Непонимающего даже случившегося. Ну а девушка с неистовством орудовала лезвием ножа, нанося новые удары в истекающую теплой кровью плоть, до тех пор, пока мелкий уголовник не осел повалившись к ее ногам.

К этому моменту успевший немножечко опомниться и прийти в себя мужчина, лежа на асфальте, поднял глаза на застывшую над трупом девушку. Она стояла на широко расставленных ногах, сжимая рукоять ножа в залитой кровью длани. И стекающая по ее пальцам густая кровь капала с них на каменный край тротуара. 

- Гнусный выродок издох, наконец-то. – Учитель сплюнул кровь с разбитых губ. – Вот и славно одной тварью меньше…..    

Слова мужчины явно пришлись девушке по вкусу. С интересом посмотрев на него, она протянула ему руку:

- Меня зовут Маргарита. – Представилась она, помогая учителю подняться.

Они вместе кое-как собрали разметавшиеся по проезжей части продукты. Затем Маргарита подставила учителю плечо, и они потихоньку, не спеша покинули холодеющий труп. В эту ночь они просидев на крохотной кухне много говорили о разном, и Маргарита узнала, что у учителя есть слово.

 

 

 

 

 

 

 


Онанизм и публичная оргия.

I

Как и в любой другой престижной фирме, в компании «ООО Интернационал Продакшин Корпорэйшн Энтерпрайзест» больше всего любили проведение итогов, и как следствие при этом поощрять наиболее перспективных и отличившихся сотрудников. Для таких целей специально арендовался просторный конференц-зал. И соответственно в честь столь знаменательного события, Алексей и еще трое рабочих относящихся к обычному персоналу были приглашены присутствовать на награждении.

Офисные сотрудники, конечно на такое мероприятие собрались всем составом из всех отделов. И дабы не затеряться в их массе, четверо складских работников заняли место в дальнем от сцены, самом затемненном углу. Здесь устроившись по удобней, они созерцали развернувшуюся перед ними во всей красе помпезность. А за одно любоваться откровенными нарядами сотрудниц. Те как раз по случаю облачились с особенным бесстыдством в чулочки сеточкой, платья и кофточки с такими декольте, что грудь была открыта на показ, ну а длинна одежд представляла возможность насладиться ажурностью трусиков. Правда на некоторых барышнях этот пикантный лоск смотрелся отвратительно и убого в виду того что у одних по причине злоупотребления фас-футом свисали поверх мини-юбки жировые складки, у других из-за дистрофии все болталось точно на вешалке.

Но это не важно, ибо после корпоратива одну из счастливец генеральный директор лично будет драть. Как положено; анально, орально и вагинально !

Однако опять же пьяные офисные оргии нарекаемые «корпоративом» буду после. А сейчас в зале приглушили свет, и на небольшую сцену вышел Мирослав Максимович.

Прочистив кашлем горло, он открыл церемонию длинной красочной речью, об достигнутых компанией грандиозных успехах. По окончании этой велеречивой тирады, владелец фирмы объявил:   

- А теперь я хотел бы пригласить сюда Ключникова Алексея!

Все собравшиеся разом зааплодировали и под их бурные приободряющие овации, мужчина, смущенно пройдя через весь зал, неуклюжей поступью, поднялся на невысокий подиум. Тут же рядом с ним возникла длинноногая черноволосая девица в настоль дерзко короткой юбочке, что сидевшие в первых рядах имели честь узреть ее шейку матки.

В руках у широко улыбающейся девушки была маленькая грамота в простенькой деревянной рамке.

- Поздравляю тебя Алексей с почетным званием «Лучшего кладовщика-грузчика» и вручаю тебе в связи с этим вот эту почетную грамоту! – Громко оповестил зал хозяин компании, радостно пожимая крепкую руку работника, в то время как девица протягивала ему рамочку с красивым куском бумаги внутри.

Осчастливленный таким образом Алексей быстро покинул сцену под звуки рукоплесканий. И вслед за ним на сцену был вызван второй работник склада. Прибывший вместе с Алексеем, Виталий. Маленького роста, очень худой с криво посаженными зубами на продолговатом лице. Он получил такую же грамоту что и Алексей, но с формулировкой «Лучший водитель автопогрузчика». Затем настала очередь Андрея Александровича награжденного званием «Лучший старший смены». И наконец четвертый из них, жилистый, круглолицый мужичек с прищуренными слезящимися глазами по имени Парвис. Алексею он был не знаком поскольку принадлежал к другому складскому терминалу, однако с Андреем Александровичем, судя по всему был дружен. Его удостоили почетного звания «Лучший фасовщик». И как и прочих одарив чудесным красивым куском бумаги в рамочке, препроводили под звуки бурных аплодисментов. И только они стихли, а признанный самым выдающимся фасовщиком занял свое место, настала пора сотрудников фирмы.                          

Первой из них пригласили на сцену Наташу. Миловидную голубоглазую блондиночку, трудившуюся менеджером продаж. Поцеловав ее пухленькую ручку с коротенькими пальчиками Мирослав Максимович торжественно провозгласил:

- Вам отлично известно, что с недавних пор, наша компания помимо продажи строительных материалов стала оказывать дополнительную услугу по распилу некоторых из них. Таких, как метало прокат, гипсокартон и доска. – Он приобнял девушку за плечи. – Так вот, Наташенька в этом сезоне оформила больше всех распилов, в связи, с чем ее было решено отметить ее как «Лучшую пильщицу» и наградить премией в размере двадцати тысяч рублей.

На что зал в туже секунду разразился шквалом оваций, под звуки которых на сцене возникла все та же белокурая длинноногая девица. Но на сей раз в ее руках был аккуратный, круглый серебряный подносик с красующимся конвертиком.

- Вся парадоксальность ситуации заключается в том что наша милейшая доблестная распиловщица, ни то что болгарку, бензопилу в руках не держала. Она даже не имеет понятия как то, что она на распил отправила, выглядит. – Лицо мужчины исказила кривая усмешка. – Бесспорно, можно согласится, что, мол, она обрабатывает, вылизывает клиента и потому ей годовая премия, а нам десять рублей за рез на всех и того по триста рублей в среднем в месяц и хуй собачий. Однако одно дело нажатием на клавиши отпечатать «доска 25х125х3000 – 150 штук – 1рез = 10 рублей», а другое раскромсать всю эту колоду толщиною в метр и шириною в полтора под проливным дождем елозя тупой бензопилой.

- У них образование. – Заученно констатировал Парвис.

- Образование? – Возражая тут же вскрикнул Андрей Александрович, так громко что две сидевшие впереди женщины средних лет обернувшись сердито зашипели на него. – Образование? – Вновь повторил он, понизив голос до прежнего. – Какое у них к херам у них образование? Сраный колледж ты называешь образованием? Убей меня шахматным вислом если это так!

- Но их же там чему-то учат! – Заметил Алексей.

- Жопу лизать их там учат. – Фыркнул старший смены. – Да у нас на складах каждый второй грузчик воспитанней и начитание этих бездарей будет. А каждый третий и того пуще с институтским дипломом или средне специальным. Вспомни к примеру Мишу, который был переводчиком с испанского. Или Ярика пытавшегося все устроится по профессии инженером не имея восьми лет стажа. Серегу бывшего социального педагога, Саню историка….

- А отчего же они в таком случае пошли работать менеджерами? – Парировал фасовщик.

- Не каждому нравится быть шлюхой, и не у каждого талант по последнему веянью моды носить подвернутые зауженные джинсы с отвисающим задом… будто только что обосрался. Словом стандартный прикид обсоса….

Тем временем на сцене друг друга сменило порядка десяти молодых людей. Каждому из коих было присвоено звание в соответствие с заслугами, будь то заключение большого числа договоров на колеровку, или упорное продвижение акционного товара, или же просто активная работа с клиентами. И, разумеется, в качестве поощрения, каждый в дополнение к титулу был одарен конвертиком с двадцатью тысячами рублей.

- Не понятно, за что им такие щедроты? Они ведь толком ничего не делают. Только понапрасну штаны протирают. Многие из них даже накладную на получение товара толком оформить не могут. Сколько раз видел как кладовщики за ними переделывали. Не говоря уже о том что для большинства знания о продаваемом товаре сведены к надписи на мониторе да картинке в красочном каталоге. Да, они работают с покупателями, что ведут себя зачастую хуже полоумных капризных старух, способными вынести мозг и довести до нервного срыва свои выкрутасами даже самого уравновешенного, психически крепкого человека. Но ведь и мы с ними работаем. Ибо после этих ласковых, гламурных менеджеров покупатели идут к нам и от нас так же требуют их облизывать и терпеть ихние выходки. – Глядя на происходящее на сцене, выплеснул из себя Виталий.

- Погоди. – Дружески похлопал его по плечу Андрей Александрович. – Дальше будет веселее.

И в самом деле, старший смены не соврал. И дальше стало значительно веселее, когда на сцену стали приглашать сотрудников статусом повыше. И вот водитель автопогрузчика с яростной горечью в сердце, сжимая в дрожащих от злобы пальцах стекло обрамленной в раму грамоты, наблюдал как глава отдела маркетинга, мужчина тридцати двух лет с зачесанными назад окрашенными в блонд волосами, премируется конвертиком в пятьдесят тысяч рублей. А за ним, долговязый, поджарый, со смазливой сладенькой мордашкой, в розовой рубашке и зауженных брюках начальник IT-отдела и конверт в шестьдесят тысяч. После обворожительно красивая девушка в строгом деловом костюме. Как руководитель отдела закупок она получила семьдесят тысяч рублей.

Соответственно с каждым вновь поднимающимся на подиум сцены, сумма в конверте пропорционально увеличивалась. Пока не достигла эквивалента в сто пятьдесят тысяч. Последний такой увесистый толстенький конверт был вручен, неказистой с усыпанным герпесом лицом, начальнице отдела логистики. Той самой что постоянно звонила на склад, интересуясь, влезет ли в бортовую газель пятьсот семьдесят шесть штук ламината .

Таким образом церемония завершилась когда все конверты были розданы и в зале не осталось ни одного сотрудника который не держал бы его в руках. За исключением каких-то четверых в дальнем темном углу зала.

Не отмеченными лаврами, они чувствовали себя какими-то не полноценными, ущербными, в окружении сидящих, вознагражденных по достоинству офисных передовиков. И как будто бы виновато отводя глаза, от смеющихся ликующих менеджерских морд, Алексей встретился взглядом со столь же не уютно дискомфортно ощущающим себя Виталием. Грустно улыбнувшись тот печально произнес:

- Посмеялись над нами Леха, посмеялись….             

 

 

 

 

 

 


Скрежет клыков.

I

Быстро захлопнув за собой входную дверь, Алексей привалился спиною к стене. Сердце неистово колотилось в груди, будто готовое выпрыгнуть из нее. Зажмурив глаза, мужчина набрал полные легкие воздуха и сделал глубокий выдох, чтобы немного успокоиться и прийти в себя, уняв барабанящий в висках ритм сердца.

Только после этого, немного придя в себя, Алексей отлипнув от стены, медленно прошествовал на кухню. Ноги словно налитые свинцом в лодыжках, сводила неуемная дрожь. Но, не смотря на нее, мужчина добрался-таки до кухни и, врубив на ней кран, подставил под его теплую струю свои окровавленные руки. Отчего вода мгновенно сразу же окрасилась в красный цвет, смываемой с нервно трясущихся пальцев запекшейся крови и с черным оттенком налипших комьев грязи.

Подняв глаза, Алексей посмотрелся в закрепленное над раковиной зеркало. И тут же зло выругался едкой нецензурной бранью. Так как его лицо носило слишком явные следы пережитой потасовки.

Мужчина придирчиво осмотрел полученные повреждения. К счастью они были не столь серьезными, как то показалось на первый взгляд. Ему всего-то сломали нос, рассекли бровь и размозжили верхнюю губу.

Сложив ладони вместе, Алексей наполнил получившуюся пригоршню водой. После чего с фырканьем погрузил в них свою побитую физиономию, чтобы немного омыть кровоточащие припухшие ссадины.

- Пап ты в порядке? – Внезапно окликнувший его со спины голос сына, заставил ненароком вздрогнуть застигнутого врасплох мужчину.

От неожиданности, резко обернувшись на месте, он уставился на появившегося из сени ближайшей, соседней, комнаты отпрыска. Видя же замешательство отца, юноша повторил вопрос:

- Папа ты в порядке? – Его голос звучал обеспокоенно и вкрадчиво. – Ты весь в крови!

- Более или менее. – Наконец сообразив, пространно ответил сыну Алексей, отвернувшись обратно к раковине.

- Похоже, тебе досталось.

- Да уж. 

- Сейчас на улицах твориться форменное безумие.

- Похоже, что погрязшие в воровстве чиновники, депутаты со своими сволочными глупыми не работающими законопроектами, и помешавшиеся на прибыли горе предприниматели, окончательно народ довели.

- Точнее сказать народ доконали их не умеренная жадность и властолюбие.  

Алексей, сев на стул подле обеденного стола, несколько удивленно посмотрел на сына. Ибо сказанные им слова были определенно из сторонних уст и явно ему не принадлежали. Слишком юн был для подобных умозаключений. Да и определенно слышал он их уже сегодня, там в сквере. И помниться произносил их учитель. Разве что возможно не совсем эти, но смысл в них вложен был тот же самый. И Алексей снова посмотрел на свои руки.

Сегодня, всего-то пару часов назад, он этими руками крушил разжиревшие рожи блюстителей порядка. Зажимая в ладони горлышко бутылочной стеклянной розы, он яростно ударял их прямо в ненавистные хари, метя в глаза, увеча и уродуя оные. Вдруг в памяти нежданно всплыло лицо совсем молоденькой девушке в форме полицейского. Немногим старше его собственной дочери, она, очевидно, совсем недавно заступила на службу. Однако Алексей подумал об этом только сейчас. Тогда же, там на улице, он не дрогнув ткнув куском стекла распорол ей щеку и кажется задел артерию на горле…. Это ее кровь запеклась у него на пальцах….

Но поразительно то, что двигало, руководило им услышанное слово. Всего лишь слово! Зернью упавшее на пропитавшую душу человеческую обиду, оно дало буйные всходы звериной жажды крушить. Которая выплеснулась в жесточайшей стычке. Удивительно на что униженного властью человека способно сподвигнуть метко сказанное верное слово. Как всепоглощающе подействовать на него. Словно бы ждал он его долгие годы услышать. И теперь достигнув его слуха, слово сработало подобно некому детонатору, провоцирующему застоялый заскорузлый в кулаках гнев…..

Внезапно из-за спины сына показалось личико четырнадцатилетней голубоглазой девушки с хорошеньким вздернутым носиком обильно усыпанным звездочками веснушек. Взглянув на Алексея, она моментально исчезла в комнате Сергея, которую прежде он делил с дедушкой. Спустя всего несколько секунд она сразу же возвратилась с простенькой походной аптечкой в руках.

- Давайте я вам помогу! – Нетерпящим возражений, повелительным тоном воскликнула девочка, с деловитостью маленькой хозяюшки раскладывая на столе содержимое принесенной аптечки.

Приоткрыв рот в изумлении, утративший дар речи родитель вопросительно посмотрел на сына.

- Это Екатерина. Она работает на Невском проспекте зазывалой. Стоя на улице в эротическом нижнем белье и чулочках приглашает прохожих посетить Публичный дом . – Улыбнувшись, молодой человек представил девочку отцу.

- Решили сойтись?

- Пока еще не знаем. – Сергей, пододвинув себе стул, сел напротив родителя. – Пока дед в больнице решили попробовать пожить вместе. У Катеньки возникли кое-какие сложности с жильем, а мне приятно спать в одной постели с девушкой.

- Вы хотя бы любите друг друга?

Молодой юноша, пожав плечами, ответил встречным вопросом:

- А вы с матерью разве друг друга любили? 

Терпеливо подставляя лицо нежным девичьим рукам, мужчина выдержал паузу:

- Нам в свое время, как и вам, посредством телевиденья, поп-культуры и интернета подменили любовь траханьем. Ибо говорят, что некогда любовью называли светлое чистое чувство, связывавшее сердца двоих. Теперь это трепетное возвышенное определение подтасовано термином, обозначающим грубое совокупление. В результате не умея дарить любовь, способны лишь сношаться. Что уж после этого говорить о нравственности и крепости семейных уз…. – Заговорив о семье Алексей только теперь вдруг спохватился, обращая внимание на то что в квартире определенно больше никого нет. И как-то мгновенно резко абстрагируясь от развиваемой темы, мужчина несколько запоздало поинтересовался у Сергея. – Кстати, а где мать с сестрой?

На что отпрыск протянул ему сложенный вдвое клочок выдранного из ежедневника блокнотного листа:

- Они просто ушли….

- Куда ушли? – Не понимая, удивленно спросил Алексей.

- Там все написано.

Взяв из рук сына записку, мужчина расправил ее и щуря левый глаз, рассеченную бровь над которым Катя аккуратно врачевала обеззараживающей мазью, прочел неровные написанные очевидно в спешке строки. В них говорилось, что дочь Светлана вступила в «Патриотическую армию», и Ольга как мать рада и счастлива за дочь. Потому считает своим долгом быть с нею рядом. И конечно же надеется что он оставит, забудет, выбросит из головы свои бессмысленные фантазии по поводу продления жизни отца, и вместе с сыном присоединиться к ним с дочерью.

- А что это за «Патриотическая армия»? – Дочитав послание жены, тихим поникшим голосом поинтересовался Алексей.   

Ему ответила девочка, заклеивая пластырем обработанную специальной мазью рану:

- Не далекие, юноши и девушки из числа школьников старших классов, то есть будущих офисных сотрудников. – Закончив с оказанием медицинской помощи, девочка присела к Сергею на колени, обвив его шею берестами обеих рук. – Воспитанные по всем канонам интернета, современной школы и идеологических соображений, они призваны участвовать в подавлении митингов, срыве демонстраций, и проведении агитационно-манепулистских мероприятиях в поддержку существующей власти. Одним словом малолетки с промытыми мозгами.

Алексей выругался. Однако его бранная вульгарная эпитафия не произвела на девочку ни малейшего впечатления, не заставив даже покраснеть. Издержки профессии. 

Вместо смущения она кротким голосом заметила, констатируя:

- По телевизору врут, что это мелкие выступления аппозиции, а на улицах боятся, что это начало гражданской войны.

Алексей согласно промолчал. Он сам видел все воочию менее часу назад. Вместо всяких лишних слов он встал со стула и, подойдя к холодильнику, отворив дверцу, вынул недопитую бутылку водки. В кухонном настенном шкафчике нашлись две чистые стопки, и поставив их на стол мужчина наполнил обе. Одну для себя, а вторую для сына. Не сговариваясь, подняв стопки, мужчины осушили их, не закусывая. 

- Кстати как там дедушка? – Морщась от мерзкого отвратительного привкуса дешевой паленой водки, спросил Сергей.

Повторно наполнив стопки, разлив в них остатки спиртного, Алексей вкратце в общих чертах пересказал разговор с врачом в больнице. Сергей слушал внимательно, не перебивая, лишь периодически хмуря брови. Он сам был весьма привязан к Николаю Егоровичу ни только как к человеку, взрастившему его и приходившемуся ему родным дедом по отцу, но и как к близкому другу с которым не так давно делил одну комнату. И ему явно не приятно было слышать об жестокосердии матери в отношении старика. Хотя процедура умерщвления утративших по причине возраста трудоспособность людей и стала обыденной и не у кого не вызывала порицания. Но все же, как бы не были безжалостны и беспринципны постулаты общества, когда решается право жизни не постороннего человека, что-то внутри в области сердца замирает, протестуя бытующим нравам…..

Алексей практически почти закончил свое повествование в тот момент, как входная дверь квартиры отварилась, о чем оповестил глухой щелчок замка. Вслед за тем из прихожей донеслись уверенные твердые шаги и на пороге кухни появилась Светлана. К изумлению семьи она была одета по форме в штаны и куртку цвета хаки с курсантскими погонами на плечах и петлицами на лацканах воротника. Обута же девушка была в высокие берцы. А в притороченной справа у бедра кобуре поблескивал новехонький пистолет системы Макарова.    

- А это что еще за писька? – Скрестив на груди руки в импозантной брутальной позе, Светлана кивком головы указала на сидящую, на коленях брата девочку. 

- Это моя супруга! – Ссадив Екатерину с колен, молодой человек, поднявшись со стула на встречу сестре вызывающе вызверился на нее тяжелым взглядом исподлобья.

Его агрессивная настроенность, вызвала у курсантки приступ гомерического смеха:

- Неужто у моего братишки яйца выросли? – Захохотала девушка.

Чувствовалось, что она пользуется авторитетом власти и силы обусловленных исключительно наличием погон, да заряженного пистолета.

Да только хамоватый юмор курсантки, не только не пришелся по вкусу ее брату, но и спровоцировал накопившуюся за годы ненависть, от выхода которой ее вряд ли сумеет защитить одно только наличие пистолета. Ибо схваченный с края стола нож вдруг метнулся по воздуху кометой в ее сторону. Курсантка не успела даже среагировать как удачно брошенная сталь вонзилась глубоко в дерево дверной коробки, в сантиметре от ее лица. Бесспорно, он метил ей в голову, но волею случая промахнулся…. Инстинктивно, от неожиданности, Светлана шарахнулась назад. И тут же оступившись, запнулась, отчего утратив равновесие, с грохотом шмякнулась навзничь, сильно ушибившись затылком об пол.

От удара, девушка без малого едва не лишилась сознания, больно прикусив себе язык, что удержало ее от беспамятства.

- Мелкий ушлепок! – Гневно выпалила Светлана, во всю хая молодого человека самыми непотребными словами и обещая насильственно принудить его к оральному омовению своих чресел. Она не медля вскочила обратно на ноги попутно выхватив оружие из кобуры. Только со снятием его с предохранителя чуть замешкалась. Однако Сергею этих нескольких секунд замешательства вполне хватило. В два прыжка он подскочил в плотную к девушке, сходу залепив ей кулаком в переносицу. Вследствие пропущенного выпада слезы брызнули у курсантки из глаз, пистолет вылетел из девичьих рук, а сама девушка чудом удержалась на ногах. Но следующий ринувшийся вперед сжатый кулак пролетел мимо цели. Ибо все таки девушка быстро успела скоординироваться и извернувшись сразу моментально вцепилась когтями юноше в волосы. В результате брат и сестра сцепились в жестокой схватке….

Конечно сестра была на целую голову выше младшего брата. Вдобавок имела кой какую спортивную подготовку. Да только молодой человек свой недостаток в росте компенсировал бешеным натиском обрушиваемых на корпус кулаков. Закаленные в уличных дворовых потасовках и укрепленные тяжелым каждодневным физическим трудом, они сводили на ноль все нормативы ГТО. Единственное в чем все таки серьезно уступал брат сестре, так это в гибкости. Природном свойстве присущем исключительно женщинам и кошкам. Она обошлась Сергею клоком выдранных волос и расцарапанной физиономией.

Алексею же только и оставалось, что с горечью и замиранием сердца наблюдать со стороны как его дети плот, от плоти сцепившись, истязают друг дружку. С отвращением понимая что вновь оказывается перед необходимостью выбирать. Вот только на сей раз между своими же детьми. И от этого на сердце становилось еще больнее, ибо приняв сторону одного, он неминуемо обрекал второго. Однако он не хотел выбирать. Но покуда мужчина, срывая голос в крике, пытался урезонить обоих детей, дабы тем самым спасти их, защитить, выбор сделали за него…..

Молча подняв с полу оброненный курсанткой пистолет, как можно крепче обхватив его рукоять пальцами обеих дланей, девочка прицелившись спустила курок. Громыхнул раскатом выстрел, наполнив кухню запахом пороховых газов. И выпущенный комок свинца прошил грудную клетку девушки на вылет, скосив ее словно тонкий стебель. Который плавно рухнул к ногам лишенный жизни, устремив в потолок мертвые погасшие глаза. Только не успело ее тело обмякнуть на холодной поверхности пола, как к нему точно обезумев в один короткий миг, подлетел Алексей. Упав возле мертвой дочери на колени, он схватил ее за плечи и с одержимой надеждой заглянул в утратившее румянец, бледное как саван лицо.

- Света! – Выкрикнул мужчина, срывая голос имя дочери, будто способно оно ее оживить. – Доченька!

Но мертвая была безмолвна. Лишь капельки бардовой крови проступили в уголках ее губ. При виде их ссутуленные, сгорбленные плечи мужчины задрожали от душащих полных отчаянья льющихся по щекам слез. Ведь какой бы она не была своенравной, одержимой идеологической пошлостью, растлённая современным скудоумием образования или конченой сукой по канонам моды, она, так или иначе, была его ребенком.

Рядом с отцом на колени опустился Сернгей. Однако посмотрев в лицо его скорби мужчина не увидел. Видимо слишком, крайне часто, сестра демонстрировала ему свое превосходство, унижала, издевалась и третировала. Настолько что некогда родственная связь привязанность переросла сначала в антипатию, а затем в призрение и наконец, в ненависть. Коия соприкоснувшись, соединившись с внутри человеческими понятиями морали уз кровного родства, реинкарнировало в форму абсолютного безразличия.

Молодой человек меж тем с благодарностью посмотрел на свою невесту. Но не потому что она пристрелив убила его старшую сестру. Отнюдь нет. А потому что девочка без лишних плаксивых колебаний воспользовалась оружием, защищая его и себя. Таким образом, она обвенчалась с ним кровью.

Ну а отцу не оставалось ничего другого кроме как безутешно оплакивать дочь.

 

 

 

 

 

 


Крестов на голгофе хватит на всех.

I

Раньше. Давным-давно. Здание в центре Петербурга выходящее окнами на Обводный канал именовалось общежитием. Пока один градоначальник в рамках одиозной программы по улучшению жилищных условий не расселил его. Сделал он это надо сказать прямо таки виртуозно. А именно путем переименования общежития в пять коммунальных квартир по числу этажей.

Все осталось прежним жильцы, их комнатки, самодельные душевые, длинные заставленные хламом коридоры и кухни с сушащимся над зажжёнными газовыми плитами бельем.

Со временем правда на первый этаж заняли «свидетели Иеговы». Каждое воскресенье психоделическим религиозным песнопением доводившими себя до оргазма или экстаза. При этом однако притворяясь толи непонятной организацией «ковчег», толи обществом глухонемых, толи «жемчужиной Христа».    

Над воющими иеговистами, на втором этаже, так же вскоре со временем обосновалась гостиница для гостербайтеров….

Но эти мелкие особенности мало заботили жильцов коммунального дома. Их больше волновало строительство по соседству, вплотную к их зданию, очередного офисного центра. От которого по восточному углу вдоль стены от фундамента поползла трещина. А главное то все же непонятно на кой хер нужен этот двух этажный центр если через дорогу уже пустует гораздо большего размера с парковкой и гигантской надписью «аренда», «сдается».

Лучше бы детский сад построили…..

А еще жильцов занимало то что в то время как в телевизоре трубили про нано технологии и гениальных достижениях российской инженерной мысли, про то как изобрели очередной гаджет для смартфона , они с постоянной периодичностью мылись в тазиках. У них частенько отключали горячую воду, и потому нагрев ее в ведрах они нагрев ее в эмалированных ведрах плескались в тазах….. Что признаться осложнялось несколько тем, что на две душевых, единственный коридор и единственную кухню приходилось по пятнадцать комнат…..

 

 

 

 

 

P.S.

Свобода – это возможность сказать, что дважды два – четыре. Если дозволено это, все остальное отсюда следует.

Джордж Оруэлл

«1984»

 

Санкт-Петербург 12 августа 2017 год.  

© «Стихи и Проза России»
Рег.№ 0270026 от 20 августа 2017 в 13:46


Другие произведения автора:

Сказка стереотипов

Последние часы Ангела

Преданные

Рейтинг: 0Голосов: 0235 просмотров

Нет комментариев. Ваш будет первым!