Муаррат. Глава 3

15 апреля 2018 — анатолий махавкин

 

 

                                               3.

 

 

После очередной попытки привести лодку в движение, я посоветовал Ивану поискать бубен и станцевать что-то национальное. Якут очень сухо заметил, что у них такое не практикуется, после чего достал сигареты и принялся окуривать меня смрадным дымом. Это тоже напоминало часть ритуала. Ну, там, где шаманы пытаются оживить покойника. На это моё замечание Иван ответил, что белый человек глуп, примитивен и полон предрассудков, каковые черпает из своего магического ящика, засирающего голову дерьмом оленя. Тут я спорить не стал, хоть последний раз смотрел телевизор ещё в своей прошлой жизни.

Короче, мы совместными усилиями пытались запустить агрегат пришельцев из параллельного мира. Ту штуку, которая вроде бы должна была возить людей по реке. Пока я лежал в отключке, Иван отбуксировал пирогу с хвостом на эту сторону реки и три раза пытался оживить. Не смог, плюнул, предпочитая сомнительному агрегату привычное плавсредство. Благо сестра, взамен утопленной посудины сподобилась купить взаправдашний катер.

Потратиться пришлось не только на лодку, но и на покупку нового автомобиля, потому как обгоревшие обломки старого восстановлению не подлежали. Впрочем, когда Вера проверила свой счёт, выяснилось, что накопленного хватило бы и на приобретение Майбаха, было бы где на нём лихачить. На вопрос: «Откуда деньги, Зин?» сестра отвечать не стала, но вид у неё был весьма смущённый. Стало быть, я правильно догадывался о некоторых из её исследовательских работ.

Однако, вернёмся к нашим неработающим баранам. Идея привести в действие чудо враждебной техники принадлежала исключительно мне. Когда я попросил Ивана доставить меня в родную хату, сожжённую врагами, якут начал было заводить обшарпанный катерок. И тут я увидел эту распроклятую пирогу и ощутил себя если не Кулибиным, то Эдисоном, точно. Это же глюпый-глюпый туземец не способен справиться с чем-то, сложнее поллитры, а я, представитель титульной нации, могу запускать спутники на орбиту. Сам. Голыми руками.

Ну, не знаю, как там с космической машинерией, а пирога наотрез отказывалась даже подавать признаки жизни. Приходила Вера и называла нас (смотрела на меня) упрямыми баранами. Приходил Степлер и громко протяжно орал. Подозреваю, повторял утверждение сестры, но в грубой нецензурной форме. Приходил Кусака, который таки решился покинуть гостеприимный сарай и проецировал укоризненные мысли. Что-то, связанное с рогатыми животными в курчавой шкурке. Приходил Привратник и с вежливым недоумением рыл лапой землю на берегу реки.

Когда к нам подошли три длинношерстные свиньи и вежливым похрюкиванием начали давать дельные советы, я сдался.

Нет, на первый взгляд всё казалось проще пареной репы: пульт возле удобного кожаного кресла так и просил положить ладонь на мягкую подушечку, а пальцы разместить в специальных подвижных пазах. Стоило коснуться белой выпуклой полусферы, как внутри пироги что-то начинало вибрировать. Видимо, работал мотор.

И на этом – всё. Сколько я не двигал пальцами, сколько не стучал по подушечке, лодка и не думала двигаться с места. Убирал ладонь, и вибрация тут же прекращалась.

- У нас есть хорошая притча, - рассудительно заметил Иван, наблюдая, как я в тысячный раз касаюсь пульта. – Вот Вера хорошо уловила её смысл и передала самую суть.

- Когда? – хмыкнул я.

- Когда назвала нас упрямыми баранами. Поехали, - якут кивнул на катер. – Сам подумай, а если бы кому-то в руки попало что-то, из нашей техники? Ну, кому-то, кто и понятия не имеет, как она устроена.

- Но тут же всё должно быть очень просто. – я выбрался из пироги. Лохматый свин подошёл ко мне и ткнул в ногу розовым пятаком. – Какие-нибудь тяги, движок и топливный бак.

- Ты внутрь лазил? Нет? А я открывал люк и ни хрена не понял. Там какие-то паутинки, мембраны и красная штука, напоминающая желудок.

Я посмотрел на якута, а тот пожал плечами, потом прыгнул на катер и завёл двигатель. Плюнув в сердцах, я забрался на покачивающийся кораблик и посмотрел в сторону станции. С одной стороны главного домика неуклюже топтался Кусака и делал вид, будто его очень интересует сожжённый до корней пень. С другой стороны стояла Муаррат и смотрела прямо на меня.

Знакомство и тот дурацкий разговор произошли вчера и с той поры мы виделись всего один раз. Сегодня утром, когда столкнулись в коридоре. Мне буркнули нечто неразборчивое, но весьма напоминающее приветствие. Я поздоровался в ответ и собирался осведомиться о самочувствии, как бы идиотски это не выглядело. Однако девушка молниеносно шмыгнула в свою комнату и сразу закрылась на замок.

Подозреваю, что видеть именно меня хотели в самую последнюю очередь. Подозреваю, потому что чуть позже слышал, как сестра долго и тихо разговаривала с гостьей, а та даже не пыталась сбегать и хлопать дверями. О чём он разговаривали – не знаю и спрашивать не стал.

Вчера вечером, когда я лежал на кровати и гладил по загривку храпящую Дину, возникло ощущение, будто я падаю в пропасть. Кажется, я провалил экзамен на знакомство. Иначе, к чему была та фраза, что я - не её погибший мужчина? А ещё я понял, что очень хочу видеть Муаррат, говорить с ней, узнавать о её прошлом и рассказывать о своём. Ка обычно, некоторым желаниям суждено оставаться лишь таковыми.

- Поехали, - сказал я. Потом поднял руку и помахал. На ответ я, честно говоря, не надеялся. Однако, Муаррат махнула и мне показалось, будто девушка что-то крикнула.

Катер бодро рассекал воду реки, брызги летели в лицо, а Иван что-то бормотал себе под нос. Что-то непонятное и протяжное. Возможно, пел, а может быть, декламировал теорему Пифагора на якутском.

- Странная девка, - сказал спутник в конце концов, и я вопросительно покосился на него. Вроде бы разговоров мы не вели. Особенно на эту тему, - Хочешь верь, хочешь – нет, но пока ты у нас не поселился, она за тобой следила.

Рука соскользнула с мокрого металлического борта, и я едва не улетел в реку. Не смертельно, понятно, однако же купание в холодной воде в мои планы совсем не входило. Я медленно отёр руку о куртку и лишь после уставился на неожиданного болтуна. Вот так всегда: молчит, молчит, а потом – как выдаст нечто эдакое. Иван казался невозмутимым. Сейчас он как никогда напоминал заправского морского волка, чей дождевик лихо полощется на ветру. Бороды не хватало.

- Ты чего сказал? – уточнил я. Нет, ну могло и послышаться.

- Следила за тобой, говорю, - Иван повернул штурвал и катер ловко миновал кусок чёрного бревна, шедший нам наперерез. – И не только я видел, Вера тоже говорила. Когда ты мимо проезжал или ходил по своему берегу. Обычно пряталась среди деревьев и смотрела. Вера сказала: зрение у девки, как у орла.

- Зачем? – мозг буксовал, пытаясь совместить совершенно противоречивые данные. Не помогало даже воздушно-водяное охлаждение. – И почему тогда…

Я даже не знал, как правильно сформулировать вопрос. Но якут в этом и не нуждался. Мужчина просто кивнул, отчего капюшон дождевика слетел с головы, оставив на поругание ветру торчащие в разные стороны волосы. Катер поутих и повинуясь бравому мореходу начал замедлять движение. Мы приближались к пристани.

- Я же говорю: странная девка. Может петь какие-то свои песни, танцевать, а через минуту глянешь: сидит, слезами заливается. И в разговоре так: только что тихо слушала, что ей говорят и вдруг, ка-ак взорвётся и ну орать. Вера ей однажды в сердцах оплеуху отвесила, так я думал, что они друг дружке волосы на головах повыдирают.

- Не вмешивался? – уточнил я.

- Что я, дурак? – якут усмехнулся и заглушил мотор. Помог мне выбраться на пристань и протянул конец каната. – Когда две бабы дерутся, Годзилла нервно курит в сторонке.

- Много вы тут знаете о Годзиллах, - я внезапно вспомнил, как Маша смотрела на Лену, с которой у меня был роман. Елена перехватила этот взгляд и очень быстро исчезла. Не знаю, стала бы Маша рвать разлучнице волосы, но взор у неё был…

- Годзиллу японцы у нас украли, - спокойно пояснил Иван и протянул мне Бизон. Сам он держал А-91. Прикипел к нему, что ли? – И единоборства тоже.

- Якутские ниндзя, - я покачал головой. – Чудны дела твои... Ты там ничего не курил перед выходом? Грибов не ел?

- Разум белого человека подвержен сомнению, - якут откровенно развлекался. И вообще, настроение у спутника было просто замечательное. Ещё бы, в отличие от меня, спал Иван не один. Верка с утра тоже улыбалась без продыху. – Ты вот лучше объясни, зачем мы вообще идём на пепелище? Ностальгия замучила?

Интересно, скажи я ему, что стараюсь держаться подальше от Муаррат, он бы понял? Завтра я планировал поехать в посёлок, а там – ещё чего-нибудь придумаю. Очень тяжело встречаться с девушкой, похожей на любимого человека, понимать, что ты ей скорее всего неприятен и не иметь ни малейшего понятия, как исправить ситуацию.

- Нужно посмотреть, может чего ценного осталось, - пробормотал я и ощупал колени. Ноги выразили неодобрение, но отрапортовали, что кратковременному марш-броску готовы.

- Оружие я забрал, - рассуждал Иван, пристально осматривая берега реки. – Твои личные вещи забрал, чепуху всякую – тоже. Надумаешь переносить мебель – работай сам, без меня.

 Мы прошли по скрипящим доскам пристани, и я остановился прислушиваясь. Деревья стучали ветками, глухо плескались волны реки, а из леса доносился птичий гвалт. Не похоже, что кто-то решил устроить засаду. Да и то, мой спутник уже успел побывать тут не один раз и никого не встретил. Хоть, как рассказывал с непроницаемой физиономией Иван, во время первого захода очень хотелось справить большую нужду прямо в штаны.

Пришельцы здорово напугали якута и сестру, когда ворвались к ним на станцию. Со слов Веры, сначала они увидели странные сполохи за окном, а потом послышался оглушительный взрыв. Это Верин джип отправился в рай для всех уставших машин, честно служивших своим хозяевам.

Ивану, который схватил оружие и выбежал во двор, то ли очень сильно повезло, то ли весьма не повезло. С какой стороны посмотреть. В полноценном бою ему поучаствовать не дали, но хоть жив-здоров остался. Якут вообще не успел сделать ни единого выстрела. Как он рассказывал: «Выбежал, увидел чёрную тень, прицелился, отключился». Шишка на затылке мужчины до сих пор вызывающе торчала из жёстких чёрных волос.

Вырубив Ивана нападавшие ворвались внутрь. Вера слышала крик своего сожителя, поэтому, ни секунды не колеблясь, схватила карабин. Неизвестно, как обернулось бы дело, но тут вступила Муаррат. Девушка буквально повисла на сестре, умоляя её положить оружие. Поэтому обеих просто привязали к стульям.

Хорошо, что все собаки, кроме несчастного Луча, оказались заперты, поэтому и не пострадали. Впрочем, пришельцев животные совсем не интересовали. Пленницы – тоже.

Хоть Муаррат чёрные допрашивали долго и пристрастно: скрипели на своём, тарабарском, запрокидывали голову, ухватив за волосы и били по щекам. Девушка скрипела в ответ, дёргала головой, оставляя в руках допросчиков клочья волос и плевала в лицо тому, кто задавал вопросы. Вообще, как показалось Вере, налётчики по какой-то причине, несколько опасались Муаррат, поэтому обошлись без членовредительства.

После взялись за Веру и выяснилось, что разговаривать по-нашему чёрные тоже умеют. И получше, чем гостья сестры. По крайней мере тот, который присел рядом с Верой и пригрозил спалить ей лицо. Потом урод зажёг огонь на голой ладони, и Вера поняла, что враг не шутит.

Пришельцам был нужен дракон. Кусака. Они называли его как-то по-своему, но описывали достаточно точно. Только с их слов выходило, что скотина должна быть огромной, как сарай. Впрочем, сложности перевода, да.

Притащили бесчувственного Ивана и тот, который допрашивал Веру сказал, что убьёт всех, если они не признаются, где прячут зверушку. К тому времени пришельцы успели обыскать всю территорию станции и им стало ясно, что дракона здесь нет.

Муаррат, которая внимательно слушала разговоры незваных гостей, шепнула Вере, что чёрные знают о человеке, живущем на другом берегу реки. Кто-то предположил, что дракон может быть там. Вера сообразила, что визит неизвестных окажется для меня полной неожиданностью и придумала план.

Сестра сделала вид, будто решила признаться, но сказала, дескать если я не получу обычно вечернего звонка, то встревожусь и приду на проверку с оружием. Не самый лучший план, понятно, но отчасти он сработал. Не в последнюю очередь благодаря поддержке Кусаки. А этот гад до сих пор дуется на меня. По-своему, по-драконьи.

- Тебе не кажется, - вдруг сказал Иван, который шёл немного впереди, - будто что-то изменилось?

Якут остановился. Посмотрел по сторонам, понюхал ветер, прислушался. Да, мне тоже так казалось, но я никак не мог понять, в чём дело. Стена леса в паре десятков метров от нас, кусты по бокам. Птицы на ветках. Дорога под но…Вот чёрт, дорога! Её не было!

Я оглянулся: остатки бетонной тропинки исчезали метрах в десяти за спиной. Причём так резко, словно дорожку отсекли ножом. Мало того, я вдруг понял, что ограда и будка охранника тоже пропали, потому что с этого места я уже должен был их видеть. И самый большой купол – я не видел его полушария, торчащего из крон деревьев.

- Лес – не тот, - сказал Иван и шмыгнув носом, покачал головой. – Это – не те деревья. Пахнут совсем не так.

Я не очень разбираюсь в растениях, но якуту в этом отношении полностью доверял. Стало быть, произошло одно из двух: или мы так конкретно заблудились, что забрели в незнакомое место, или участок земли с деревьями, строениями, оградой и дорогой просто исчез. И я готов был поверить в первое, как по-дурацки это не звучало, чем принять безумную реальность второго.

- Пройдём чуть дальше, - тихо сказал я и ощутил, как вспотели ладони, сжимающие Бизон.

На что я надеялся? На то, что лабораторный комплекс просто очень хорошо спрятался? Стоит обойти вот это огромное дерево (которое я, хоть убей, не помню) и…И мы ткнулись в глухие заросли каких-то странных кустов с длинными синими шипами. Всё, дальше просто не пройти.

Иван почесал затылок левой рукой, переложил оружие и проделал тут же процедуру правой. Судя по задумчивой физиономии упражнения не помогали.

- Возвращаемся, - тихо сказал я.

© «Стихи и Проза России»
Рег.№ 0284837 от 15 апреля 2018 в 19:35


Другие произведения автора:

Прайд. Книга 4. Сердце Льва. Часть 3.

Кусака. Глава 2

Муаррат. Глава 13

Рейтинг: 0Голосов: 051 просмотр

Нет комментариев. Ваш будет первым!