Погонщица единорогов. Часть 8

14 апреля 2018 — анатолий махавкин
article284777.jpg

ЧАСТЬ 2: ДАЛЕКО

 

 

                                                           ТАМ

 

 

 

         Свет возвращался такими же волнами невидимого прибоя, какими покидал меня. Боль в горле уже не казалась невероятно острой и теперь скорее напоминала ощущения при ангине с осложнениями. В общем-то, на грани пробуждения я и решил, что перебрал холодного вина и теперь придётся полоскать горло всякой хренью. Потом мысли немного очистились и пришло осознание, что простом полосканием дело не ограничится. И лишь окончательно вспомнив, какая мерзость приключилась, я вынырнул из серой дрёмы и открыл глаза.

         Первой, кого я увидел, оказалась Оксанка в белом платье. Всплеснулась радость оттого, что Леди удалось сбежать от мерзавца, предавшего её. Потом я рассмотрел женщину получше и понял, что вижу не платье, а больничный халат. Сам я лежал на койке, одной из четырёх. Вокруг – голубые стены палаты, на соседних койках – незнакомцы с планшетами и телефонами, а в окна бьёт лучами яркое солнце.

- Ну слава богу! – жена облегчённо вздохнула, - Мишка, знал бы ты, как меня напугал! Надо же, на ровном месте, такая ерунда.

- Что случилось? – голос казался неузнаваемым, скрипучим и тихим.

- Молчи. Доктор сказал, что тебе пока нельзя напрягать голосовые связки, - жена посмотрела в сторону двери и покачала головой. – Хоть эти коновалы и сами не могут понять, в чём тут дело.

Я поднял руку и ощупал шею. Обнаружил что-то, типа марлевой повязки и ощутил резкий запах чего-то, напоминающего йод. Горло отзывалось тупой болью, но думаю, если бы мне реально перерезали глотку, то эффект получился бы много сильнее.

- Сколько времени? - просипел я и Оксанка нахмурилась.

- Молчи, засранец, кому я сказала? – она убрала мою руку от шеи и легко сжала пальцы. Потом улыбнулась. – Полдня прошло. Сегодня утром ты подскочил, перевалился через меня и упал на пол. Начал хрипеть. Да так страшно! А изо рта – кровь. Я перепугалась до смерти, давай звонить в неотложку. Те, слава богу, приехали быстро, но понять ничего не могли: откуда кровь и что случилось. Забрали в больницу. Тут тоже все в шоке: внутренние органы в порядке, а внутри на гортани – кровоточащий рубец. Такое ощущение, будто тебе горло перерезали, только – изнутри.

Ощущение, как же! Однако же, мои сновидения становились весьма опасными. Смертельно опасными.

Пока соображали, как с тобой поступать, - продолжила Ксюха, - рубец этот начал сам затягиваться. Тут они ошалели ещё больше. Светило даже какое-то прибыло. Сделало заявление, что ему прежде уже встречалась быстрая регенерация у пациентов, но такое он наблюдает первый раз. Короче, сейчас уже никакой угрозы жизни нет, но тебя решили понаблюдать пару дней. На работу я позвонила, так что можешь не беспокоиться.

В сумочке жены зазвонил телефон. Оксана посмотрел внутрь, досадливо поморщилась и сбросила вызов. Потом похлопала меня по руке.

- Мишка, очень здорово, что с тобой всё в порядке, - она ещё раз глубоко вздохнула. – Ты бы знал, как я напугалась! Главное, что всё хорошо закончилось. Ты прости, я на работе на полдня отпросилась, так что уже нужно бежать. А вечером я к тебе опять приду.

Меня поцеловали, дали ценные указания по питанию через трубочку. Рассказали, где и что лежит в тумбочке, ещё раз поцеловали и выскользнули за дверь. Впрочем, я тут же почувствовал некоторое облегчение оттого, что меня оставили в покое. Нужно было полежать, подумать.

Однако, именно полежать и спокойно всё обдумать, мне так никто и не дал. Пришла сестра и пригласила на осмотр. Меня привели в непонятную комнату с кучей блестящих аппаратов неизвестного назначения. Там два врача-садиста принялись запихивать в многострадальную глотку какие-то шланги, трубочки и прочую невкусную фиговину. После этого несчастному пациенту дали передышку, а сами принялись обсуждать, каким образом порез смог возникнуть по полной окружности и каким образом он так быстро зарубцевался.

Я помалкивал, отлично понимая, что если попробую объяснить, то быстро попаду в руки врачей совершенно другого профиля. Потом мне сделали несколько болезненных уколов, посовещались, стоит ли делать капельницу и решили, что не стоит. Тот врач, который важно поглаживал бородку клинышком, принялся расспрашивать: не имею ли я привычки чесать глотку острыми предметами или глотать их. Отрицание его здорово расстроило, ибо, как понял из разговоров, не вписывалось в тему его диссертации про каких-то девиантов.

До палаты я так и не добрался. В коридоре меня перехватили двое крепких парней. Один – в штатской, второй – в полицейской форме. Мы уединились в процедурной, откуда предварительно выгнали возмущённых сестричек и принялись разговаривать на темы насилия в семье. То есть допросчики интересовались; не устраиваем ли мы с Оксанкой потасовок, до крови из горла.  У этих ребят тоже имелся личный интерес. Как достаточно весело пояснил штатский, ему необходимо срочно сдать отчёт по случаям семейного насилия и мой случай, как раз мог закрыть подборку поножовщин и избиений.

В общем, и эти ушли, несолоно хлебавши, а мной занялись сестрички с очередной дозой чисто медицинских пыток. В этот раз мазали горло чем-то вонючим и липким. После вкатали ещё один укол и посоветовали прилечь, подремать.

До своей койки я добрался с раскалывающейся головой, ноющим горлом и исколотой задницей. Но и тут покоя не наблюдалось. Кто-то уже успел пустить слух, что я стал жертвой маньяка с бритвой и пришлось отвечать на совершенно идиотские вопросы соседей по палате. Кто-то из них заметил, как меня вели полицейские, поэтому попытки отрицать очевидное встречались ироническим скепсисом. В конце концов кто-то сообразил, что с меня взяли подписку о неразглашении и лишь тогда все отвязались.

Не успел я облегчённо вздохнуть, как позвонил Костик и устроил форменный допрос. Блин, после того, как врачи посоветовали помалкивать, я молол языком почти безе передыху! Вот Костику я рассказал истинную правду. Про то, как в ванной на меня напал настоящий нильский крокодил, выползший из унитаза. О том, как в неравной схватке мне удалось одолеть бестию, но в последний миг, чудовище таки укусило меня за шею. Товарищ согласился с тем, что это – просто ужасно и сделал осторожное предположение, что именно так боженька карает тех, кто не желает проставляться за днюху супруги. Пришлось вежливо послать товарища к нильскому чудовищу. Костик поржал, пообещал прийти на выходных и пофоткаться на фоне чучела крокодила.

Позвонила Ксюха и спросила, как дела? Пребывая в лёгкой истерике, я попросил немедленно забрать меня домой. Ну, или в психиатрический диспансер. Тот, что для буйных. Короче, в место, где будет спокойно. Жена повеселилась и твёрдо пообещала, что завтра я окажусь дома. Ну, если не начнётся ухудшение. Потом цёмнула и приказала ждать её прихода.

Все, вроде бы оставили меня в покое. Теперь я смогу спокойно вытянуться и обдумать произошедшее.

Или уснуть.

Что я и сделал.

 

 

 

                                      ЗДЕСЬ

 

 

Кто-то взял меня за плечи и приподнял. Кажется, я упирался лбом во что-то холодное и скользкое. Кроме того, к лицу прилипли какие-то посторонние предметы. Вроде бы листья.

- Переворачивай этого идиота, - знакомый       голос. – Вот так…

Меня перевернули и положили на спину. Потом принялись отдирать от лица фигню, мешающую смотреть. Ну точно – листья. В горле пульсировала боль, а глаза резало от яркого света.

- Он жив? – тихий голос Виктории.

- Куда денется! – теперь я узнал. Голос давешнего старикана. – У этого остолопа имеется хитрый дар, который позволяет ему избежать неминуемой смерти. Как только костлявая заносит косу, он тут же ускользает в свой мир.

- Но тело ведь никуда не девается! Я сама видела, как ему почти отрезали голову, а сейчас и шрама-то почти не осталось.

- Фантом, - меня хлестнули по щеке. – Открывай, открывай глазки, придурок. Тебе предоставили такой шанс, а ты умудрился его просрать! Что теперь делать – ума не приложу.

Глазки я открыл и обнаружил, что нахожусь в том же месте, куда меня притащили на экзекуцию. Всё оставалось таким же самым, разве что листья вокруг кардинально изменили свою окраску. Я ухватился за шею и ощутил на коже нечто липкое и холодное. Кроме того, там же имелся рубец, который болел просто до жути.

Старик, сидевший на корточках рядом, раздражённо хлопнул меня по ладони и злобно зашипел что-то непонятное. Может, ругался. Выглядел дед действительно взбешённым, дальше некуда. Виктория, стоявшая рядом, смотрела на меня со смесью испуга и тревоги. Одежда на девушке походила на лохмотья, а на коже виднелись царапины. Ещё бы: сначала прыжок в окно, а после ещё и бегство от Меченых. Старик, напротив, смотрелся получше, чем в прошлый раз: добротная одежда зелёного цвета и кожаный плащ с меховым подбоем. Хоть кто-то преодолевал Перевал во всеоружии.

- Оружие принесла? – злобно каркнул дедуган, не потрудившись повернуться к Вике. Та молча протянула знакомые ножны, откуда торчала всё та же лопнувшая рукоять. – Ты тоже хороша! Зачем ты его спрятала? То, что он выглядит, как идиот и ведёт себя соответственно, вовсе не означает, что его можно выпускать с голыми руками против Стража и огромного отряда Меченых.

- Стража? – просипел я и попытался подняться. Земля покачнулась, едва не опрокинув меня на бок. В последний миг старик протянул свою клюку, и я ухватился за неё. Странно, палка явно была тяжелее, чем обычная деревянная.

- Ваш Лорд, мать его, Защитник, - старик сплюнул, - один из Стражей Внешнего Круга Печати. Как ему удалось пройти испытание огнём – понятия не имею. Может, подкупили кого? Чего теперь гадать – глупость свершилась давным-давно.

- Но почему, - я закашлялся. Противный дедуган поморщился и достал из кармана плаща плоскую флягу. Протянул мне. – Почему он раньше не попытался напасть на Оксану?

Старик сделал такое лицо, точно он беседовал с имбецилом и запас элементарных фраз подошёл к концу. Я несколько раз глотнул что-то слабоалкогольное с привкусом яблок. Надеюсь, в этот раз – никакого сонного зелья.

- Объясни ему, - дед забрал у меня флягу и отошёл. – Просто, когда я на него смотрю, очень хочется приложить по лбу. Посильнее.

Виктория присела на то место, где прежде располагался старик и достала из кармана разорванной куртки деревянную шкатулку. Там она поколдовала над небольшой тряпицей, полила на неё из маленькой пузатой бутылочки, а после – посыпала серым порошком. Потом кусок материи прижали к моему горлу, и я тут же ощутил, как боль начала понемногу стихать.

- Посиди спокойно, - Вика тяжело вздохнула. – Ты его не слушай. Это я во всём виновата. Нас ведь учат распознавать Меченых. Понять не могу, почему с этим не получилось.

- Она не распознала! – каркнул дед и стукнул палкой по дереву. Сверху упало красное яблоко и шлёпнулось в подставленную ладонь старика. Похрустывая плодом тот отрывисто рассмеялся. – Твоя хозяйка столько лет прожила с ним бок о бок и даже замуж собиралась выйти! Впрочем, тут могло повлиять…

Не договорив, дед вовсю погрузился в процесс уничтожения плода и казалось, напрочь забыл о нашем существовании.

- Пока Леди с единорогами – её почти невозможно убить, - пояснила девушка и отняв тряпку от раны, осмотрела кожу. – Ну вот, уже значительно лучше. И неважно, рядом она с семьёй или удаляется от неё. Своего рода магия удержит любое оружие, не позволяя нанести вред Леди. Поэтом её можно убить лишь здесь и лишь после наступления Короткой зимы. А до её наступления осталось девять дней. Потом единороги уснут и станут беззащитны. И Леди тоже.

Старик догрыз яблоко, потом совершено по-мальчишечьи подбросил огрызок и пнул на лету, как заправский футболист. А я подумал, что всё это выглядит достаточно странно. Эти двое вели себя так, словно знали друг друга уже давно. А ведь прежде загадочный советчик и виду не казал, будто помощница ему знакома. Она, кстати, тоже.

- Кто это? – я понизил голос и кивнул на деда, изучающего крону дерева. Нас старик продолжал игнорировать.

- Скажем, до сегодняшнего дня я видела его пару-тройку раз, - Вика пожала плечами и ещё раз прошлась тряпкой по ране. – Ещё во время обучения. Он кричал на декана и угрожал побить его своим посохом. Рядом не было никого, кроме меня. Очень здорово, для репутации декана, ибо выглядел он, как побитая собака, - Вика несколько злорадно хихикнула. – Понятное дело, спрашивать, кто это такой, я не стала, потому как могла отхватить тумаков. Второй раз на Дне Столицы он присутствовал в списке почётных гостей. Но только, странное дело, когда мэр называл всех по имени, старика пропустили. Думаю – важная шишка.

Не знаю, чем я оказался удивлён больше: тем что моя рана практически перестала болеть, или тем, что чёртов дедуган умудрился сохранить своё инкогнито. Видимо чувствуя, что ситуация выглядит несколько неправильно, Виктория решила прояснить некоторые моменты:

- Он сам нашёл меня, - девушка поморщилась, видимо вспоминая нечто неприятное. – Когда я выскочила в окно, за мной сразу погнались трое Отмеченных. Честно, решила, что спастись не получится: уж больно шустро те неслись. А потом услышала за спиной несколько ударов и старческий оклик. Обернулась, а этот стоит над телами и пинает их. Вытер свой посох о шерсть Меченых и приказал идти следом. Привёл прямиком сюда, сказал, чтобы я притащила свои штучки-дрючки и подняла тебя на ноги.

- Спасибо, - горло совершенно не болело, и земля отказалась от попыток уронить меня в листву. Впрочем, слабость всё равно оставалась. – И что теперь станем делать?

Виктория только плечами пожала, а старик бросил своё занятие и направился прямиком к нам. Когда полу плаща отбросило порывом ветра, я заметил широкий кинжал в кожаных ножнах на поясе дедугана. Кстати. Я нагнулся и поднял ножны с мечом. В ушах точно плеснул призрачный смешок полный иронии. А может это дед смеялся в свою куцую бороду.

- Вооружился? – старик одобрительно кивнул. – Теперь слушай. Ситуация – хреновая, но пока небезнадежная. Слушай, в чём заключается главная проблема на данный момент. Когда наш общий друг увозил Леди, то оставил у Перевала отряд Меченых. Они ждут, пока единороги не впадут в спячку, а потом – перережут всех. – Вика охнула и зажмурилась. – Убив единорогов, они уничтожат последнюю угрозу Печати и снимут защиту с Леди. После этого её можно будет убить или попытаться обратить.

- Нужно позвать на помощь, - сказал я и посмотрел на Викторию. Что-то мне не понравилось выражение её лица. У вас же вроде должны быть специальные камни для связи?

- У меня, например, нет, - спокойно возразил старик и кивнул на Вику. – Как мне кажется, у неё – тоже. Пока кто-то доберётся до людных мест, пока отыщет голубиную почту, пока в Столице разберутся, что к чему и пошлют помощь…Ну, думаю, ты и сам всё понял.

- Э-э, так что мы…втроём? – выражение лица Вики мне не нравилось всё больше. Кажется, эти двое уже успели всё обсудить и пришли к какому-то решению. – Сколько там этих Меченых на выходе? Десяток? Два?

- Полторы сотни, - дед казался невозмутимым, а вот я ощутил холод у позвоночника. Полторы сотни, мать моя женщина! – И справится с ними тебе придётся в одиночку, Михаил. Девица просто не умеет драться и в бою станет обузой. А я…Ну, тут отдельный разговор.

Чёрт возьми, он не шутил! Нет, ну правда, как можно на голубом глазу предлагать мне вырезать полторы сотни огромных страшных монстров? При помощи вот этого меча-кладенца с лопнувшей рукоятью? А почему не голыми руками? В ушах вновь плеснул тихий смешок. И смеялся определённо не собеседник.

- Дед, ты рехнулся? – старик переложил свою клюку с другую руку и склонил голову, мол, мели Емеля. – Я же, блин, не настоящий Лорд-защитник, которого тренировали годами! Я и оружие в руках толком держать не умею…

- Зато оружие умеет держать тебя, - тихо, но веско произнёс дедуган и ткнул меня концом посоха в руку с клинком. – Освободи Кровопийцу.

Повинуясь приказу, я взялся за сломанную рукоять и вдруг услышал некую неразборчивую фразу. Что-то типа: «Ну, наконец-то!» Это оказалось настолько неожиданно, что я едва не выронил меч. Кто-то зашипел и ладонь пронзила уже знакомая боль. Извлечённый из ножен меч продемонстрировал блестящий клинок с едва заметными рунами. Почему-то возникло ощущение, будто оружие любуется самим собой. Что за?..

- Красавец, - проворчал дед и комплимент определённо относился не ко мне. – Да ещё и самый спокойный из всех братьев. То-то ты поплясал, если бы получил Бессонника или Душегуба.

- У него есть имя? – изумился я и подняв взгляд, обнаружил, что Вика испугана до полусмерти. Кажется, девушка знала, о чём идёт речь. – Хорошо, что это за меч, почему у него такое имя и какого чёрта Вика смотрит на него так, словно он сейчас изрубит всех в капусту?

- Захочет – и изрубит, - расхохотался дед и как бы невзначай, отступил на пару шагов. – У Кровопийцы есть сознание и характер, так что решения он способен принимать самостоятельно. Имя…Михаил, ну не будь идиотом. Силу меч получает, питаясь кровью хозяина. Причём, хозяин у него может быть только один и пока он жив, никому другому клинок не поможет. Ну а страх…Имеется куча легенд, где обладатели братьев несли смерть не только врагам, но и своим союзникам. Почему меченосец сходил с ума – не знает никто. Существуют лишь догадки.

- Успокойся, - этот громыхающий голос я уже слышал прежде. – Делай то, что я скажу и всё будет в порядке.

- Он…Он разговаривает со мной! – моя челюсть, казалось, упала ниже колен, а дед вновь рассмеялся.

- Я же предупреждал: меч разумен. И умнее большинства людей. Слушай его советы и всё будет в порядке.

Прямо, как эхо.

Я осмотрел оружие, которое держал в руке. Кровопийца, надо же! Так вот, почему у меня на ладони появился этот рубец и почему во время каждого боя я ощущаю эту жуткую боль. Теперь, когда я осознал, кого именно мне подсунули (чёрт возьми, это казалось явной подставой!), то сумел понять, что дефект рукояти, на самом деле – совсем не трещина, а специальный жёлоб, внутри которого блестели крошечные металлические шипы. Выходит, я обзавёлся персональным упырём. Ну, или паразитом.

- Эти сравнения мне не нравятся, - рокотнул голос в голове, - как и то, что ты собираешься назвать меня пиявкой. Запомни одно: или мы – партнёры и уважительно относимся друг к другу или же я оставляю за собой право действовать, как посчитаю нужным и тогда в бою полагайся сам на себя. Ну и на свои великие воинские навыки.

- Так получилось с тем, из оврага? – осторожно поинтересовался я, вспоминая обезглавленный скелет. Теперь то я понимал, кто над ним поработал.

- Нет, - в мощном голосе возникла заминка. – Там – другое. Тот, из оврага не был моим партнёром. В любом случае это не имеет значения.

- Наговорились? – язвительно осведомился дедуган, нетерпеливо постукивая клюкой. – Может вспомнишь, что у нас имеется одно неотложное дело? Я понимаю, что сотня-другая Меченых уже не кажутся тебе чем-то серьёзным, но всё же их требуется перебить, а потом – догнать ещё одну банду и освободить Леди.

Я медленно вложил оружие в ножны и посмотрел на Викторию. Девушка, как и прежде, казалась немного испуганной, но глядела на меня с надеждой. Второй присутствующий сводил косматые брови к переносице и вообще, не являлся образцом моральной поддержки. Дед поднял посох и указала его концом за мою спину.

- Перевал и Меченые – там, - сказал старик. – Постарайся не облажаться. Когда выполнишь задачу, я расскажу, что делать дальше.

- А забить предварительно тысячу крыс и сусликов? – ухмыльнулся я, вспоминая одержимость Костика онлайновыми ролёвками. Там его герои тоже били несчастных чудищ и возвращались за новыми заданиями. Чем-то вся ситуация нездорово смахивала на игру. Вот и меч у меня с повышенными характеристиками.

- Уровень уже подходит для выполнения этого квеста, - старик захихикал, а когда мои брови встали дыбом, снизошёл до объяснения. – Тебе же говорили: ты – не первый, кто попадает в Страну. Мне уже доводилось сталкиваться с твоими коллегами, по несчастью. Вот только тебе больше повезло.

- Это ещё почему?

- Ты имеешь возможность возвращаться, а для остальных путешествие в Страну – дорога без возврата, - дедуган опустил клюку и топнул ногой. – Ступай! И не подведи меня.

Тяжело вздохнув я повернулся и собираясь с духом, пошёл туда, куда указал посох вредного старикана. Полторы сотни Меченых – надо же! Листья шелестели под ногами, а ветер ерошил волосы на голове. Лучи солнца пробивались через кроны деревьев и жизнь казалась такой яркой, удивительной и прекрасной.

Подумать только: сегодня утром она могла бы оборваться, не оставив ничего. Ни этого сада, ни больничной палаты с назойливыми соседями. Все эти моменты простого счастья хотелось взять в ладони и крепко-крепко держать, не выпуская наружу. Почему я раньше ни хрена не ценил эти подарки? Такое ощущение, словно касание одежды, ожоги от загара и ледяной дождь когда-нибудь повторятся. Ну да, если меня не станет, то повторятся, но уже с кем-то другим. С кем-то, кто станет так же ныть, проклиная хреновую погоду и мозоли на пятках.

Стоило выйти за пределы рощи и ароматы зреющих плодов тут же сменились вонью чадящего костра. Вот только этот самый костёр оказался весьма большим. С дом величиной. Жилище Леди подожгли и теперь оно дотлевало, оставив посреди пятна почерневшей травы лишь скелет из углей, золы и искорёженных балок, так и не подчинившихся безжалостному пламени. Ветер набросился на останки дома и швырнул мне в лицо пригоршню пепла.

Я отфыркался. Да, это тоже была жизнь, но если я останусь в живых, то уничтоженное можно восстановить. Построить новое, лучшее. Тем не менее, я ощутил, как в море ненависти к Меченым влился ещё один ручеёк. Чувствую, очень скоро это море обратится океаном.

Долго ждать не пришлось. Старинный арочный мостик, переброшенный через холодную реку ублюдки тоже спалили. Я постоял у обугленного деревянного столбика, похожего на грустного гнома, пробормотал нечто, не совсем подходящее для волшебной страны и полез в воду. Меч я поднял над головой, взяв за рукоять и тут же ощутил укол в ладонь.

- Не желаешь общаться? – поинтересовался Кровопийца.

- Это ещё почему? – то ли показалось, то ли движение воды стало немного сильнее, отпихивая меня вниз по течению. – Ты извини, просто сейчас я немного занят…

- А вы, люди, всегда немного заняты, - в смешке меча ощущалась некая печаль. – Или заняты, или отдыхаете. В любом случае, у вас нет времени, чтобы просто поговорить с тем, кто постоянно помогает и спасает ваши жизни. Знаешь, временами начинаешь ощущать себя какой-то собакой.

- Собака – друг человека, - ляпнул я, даже не задумавшись над тем, что говорю. С трудом удалось преодолеть середину реки и теперь я приближался к противоположному берегу, загребая ногами мелкие камешки на дне.

- Это сейчас был комплимент или оскорбление? – с некоторым сомнением осведомился клинок. – Зная, как большинство людей относится к собакам – оскорбление, а памятуя о сомнительном чувстве юмора моих напарников – комплимент.

- Комплимент, комплимент, не сомневайся, - я отряхнулся и поёжился, когда ветер забрался под мокрую одежду. – А по поводу общения…Просто все стараются делать это с теми, кто на них похож. Люди – с людьми, те же собаки – с другими собаками. Старика упоминал, вроде у тебя имеются братья?

- Бессонник и Душегуб? – мне почудилось или я различил тяжкий вздох? – Уж лучше я помолчу.

Впрочем, это обещание так и осталось лишь обещанием. Пока я шагал вверх по склону, мне рассказывали о тактике и стратегии боя на мечах. Потом Кровопийца припомнил о сражениях в которых участвовал и тут его натурально понесло. Меч разливался соловьём, подобно опытному ветерану перед новичком. Особо клинок гордился той битвой, когда люди дрогнули под напором Меченых и обратились в паническое бегство. Меч со своим напарником удерживал лавину врага до тех пор, пока не подоспели единороги и не погнали противника в глубь Печати.

Вы, вдвоем, сумели выстоять на целом фронте? – изумился я, остановившись, чтобы отдышаться. С вершины, где я находился, была видна радуга Перевала и тёмное пятно лагеря Меченых у её основания. Нехилое такое сокровище! Теперь мне предстояло его отыскать и закопать.

- Нет, рядом сражались оба брата, – кажется, у меча отпала охота рассказывать дальше. – И это был последний раз, когда мы бились вместе.

- Ладно, у каждого есть свои скелеты в шкафу, - я потянул за рукоять и оружие легко вышло из ножен. – Не думал, правда, что таковые могут быть и у мечей.

- Слушай внимательно, - в висках появилась и стала усиливаться знакомая барабанная дробь. – У тебя уже есть определённые навыки боя, но из пока недостаточно, чтобы справиться с таким количеством уродов. Поэтому я не позволю тебе полностью контролировать схватку. Но в этот раз отключать не стану: следи за боем и запоминай все приёмы, которые мы используем.

Однако же сам бой начался неожиданно, как для меня, так и для моего металлического наставника. Мы как раз начали спуск и проходили мимо пары валунов, напоминающих медведей, вставших на дыбы. Даже мшаная поросль на каменных спинах походила на шерсть, вставшую дыбом на загривках хищников.

Вот только третий валун, таковым не оказался, а внезапно повернулся ко мне, сверкая жёлтыми глазами на чешуйчатой физиономии. Очевидно, Меченые озаботились об охране долины и выставили часового.

Кровопийца как раз заканчивал свою фразу, когда монстр коротко рыкнул и в один прыжок оказался почти вплотную ко мне. Возможно я и ошибаюсь, но кажется, схватку я начал самостоятельно, без помощи наставника. В висках затарахтело, точно барабанщик схватился за гашетку пулемёта, а рука словно сама взметнулась вверх, отражая атаку мускулистой когтистой лапы. Столкновение оказалось настолько жёстким, что меня развернуло так, что я очутился спиной к врагу. Сейчас он меня приложит в беззащитную спину…

Или нет? Треск в ушах слился в единый вой, а ладонь обожгло, точно я ухватился за раскалённый стержень. Тело продолжило оборот, и я вновь оказался лицом к Отмеченному. Над головой коротко взвыло и меч по рукоять вошёл в бок, поросший клочковатой рыжей шерстью. Я немедленно потянул оружие назад и отступил, позволив врагу растянуться поперёк дорожки.

Мёртв.

- Отлично! – громыхнул Кровопийца. – Если бы ещё кое кто не считал ворон и не пропустил засаду, мы могли бы подкрасться незаметно.

- Я считал ворон?

- Ну не я же! У меня и глаз-то нет. Я – просто кусок отличной стали.

- Невероятно болтливый кусок, невероятно болтливой стали.

- Очень долго пришлось молчать, - он захихикал. Надо сказать, это прозвучало весьма странно, учитывая грубый бас клинка. – Кстати, раз уж внезапного нападения у нас не вышло, готовься к бою.

- С чего ты взял? До лагеря ещё, черти ско…Вот блин!

Тут меч оказался совершенно прав. Тёмное пятно лагеря Меченых всколыхнулось, и точно чёрная амеба выбросило ложноножки в мою сторону. Твари, как и прежде, бежали, не издавая не звука, без воплей, визгов и прочих возгласов одобрения. От этого становилось как-то не по себе.

- Успокойся, - голос Кровопийцы едва пробивался через дробь быстрых ударов. – Заберись на камень. Да что же ты такой неуклюжий! Давай, ещё свались им прямо под ноги!

- Заткнись! – оскальзываясь на жёстком мху, я таки выполз наверх. – Заткнись!

Меч довольно захохотал и в этот момент первые атакующие добежали до валунов и сделали попытку подняться ко мне в гости. Очевидно, самые быстрые из чудовищ не обладали столь же быстрым умом. Десяток тварей удалось прикончить без особого напряжения; я просто отсекал им головы, как только они оказывались в пределах досягаемости.

С каждым ударом я ощущал, как реальность, мало-помалу заволакивается серой дымкой. Точно наползал лёгкий туман. Чем плотнее становилась мгла, тем увереннее двигалась рука, а ноги безошибочно находили участок камня, куда следовало стать. Когда синхронизация с оружием стала идеальной, к нам подоспели твари гораздо мощнее и явно опытнее.  Сразу трое взметнулись в воздух и оказались на плоской верхушке валуна, который служил мне сценой для выступления.

Кровопийца рассёк броневые пластины на вытянутой морде чудовища, а я перепрыгнул на соседний булыжник, по ходжу пнув ногой, какого-то чудика, решившего присоседиться. Тот улетел в гущу собратьев, ожидавших внизу. Тут же десяток разномастных уродов, плюхнулись практически на меня и принялись полосовать воздух длинными когтями. Удалось отхватить шесть или семь наглых конечностей, прежде чем давка не вынудила меня покинуть и второй камень.

Внизу стало гораздо веселее. И внезапно, скользя между сопящими тушами, больше мешающими, чем помогающими друг другу, я осознал, что реально ощущаю некое подобие веселья. Страх отсутствовал, точно всё происходящее не имело никакого отношения к реальной бойне, где летели отсечённые конечности и брызгала тёмная густая кровь. Что-то похожее со мной происходило, когда как-то удалось затащить жену на какой-то три-дэ боевичок. Твари так же находились совсем рядом, но между нами словно сохранялась непреодолимая стена, отделяющая реальный мир от фильма.

Правда, здесь всё же имелись некие дополнительные спецэффекты, от которых я бы с удовольствием отказался: смрад множества немытых тел становился величиной физической, способной уложить на землю даже бывалого бойца. Кроме того, как я не старался, но кровь поражённых Меченых таки попадала на одежду и кожу. Кажется, к финалу потасовки я весь покроюсь омерзительной липкой жидкостью.

И всё время в ушах гремел торопливый бубнёж Кровопийцы, в котором я не мог различить ни единого слова. Однако, каждая фраза напоминала удар лазером, от которого полыхало в глазах, а на извилинах мозга оставались глубокие шрамы. И я знал, что эти отпечатки останутся там навсегда. И ещё эта распроклятая барабанная дробь в ушах, чёрт бы её побрал!

Достаточно быстро враги сообразили, что выбранная ими тактика давящей толпы не приносит желанных плодов. Понимание этого обошлось Меченым в три десятка убитых и раненых. Остальные откатились вниз по склону и сверкали оттуда глазами.

- Сзади остались пятеро, - деловито сообщил Кровопийца и в его грохочущем голосе я различил удовлетворение.

- Знаю.

- А если знаешь – чего стоишь, как баран? Прикончи их, а после займёмся остальными.

Какой самоуверенный меч! Однако же, я уже успел проникнуться его уверенностью и почти не сомневался, что нам удастся одолеть всю эту ораву. Хоть, если откровенно, когда прежде читал и смотрел сюжеты, в которых герой кромсает десятки противников, то не ощущал ничего, кроме ироничного скепсиса. В жизни ничего подобного точно произойти не может. А тут…

Пятеро, решившие притаиться за камнями, не казались серьёзными противниками, поэтому, почти не сговариваясь, мы решили отрубить каждому его уродливую башку. Каждому – по делам его.

Я вновь запрыгнул на валун и стараясь не оскальзываться на тёмных пятнах осмотрел поле боя. Трупы, понятно. Парочка подрезанных Меченых ползут к собратьям, и никто не пытается оказать раненым помощь. Хорошо, пусть издыхают. Выжившие начали перестраиваться, повинуясь командам рослой твари, напоминающей уменьшенную копию Кинг-Конга. Видимо – Страж. Еще несколько чудовищ, крупнее остальных, я заметил в общей толпе. Всего – пятеро. Я поинтересовался у Кровопийцы, как он относится к Стражам и меч заметил, что умирают они точно так же, как и остальные Меченые.

- Они ещё перестраиваются, - продолжил клинок, - так что нападай именно сейчас. Не давай им ни секунды передышки. Придётся кое-что сделать и это будет больно. Терпи.

В тот момент, когда я прыгал с камня, огненная боль насквозь пронзила ладонь правой руки и быстро побежала вверх: через запястье, предплечье и плечо, пока не вспыхнула в груди, точно крохотный ядерный взрыв. Возникло ощущение, будто тело разлетелось на ошмётки, а вперёд устремился тот самый взрыв, почему-то сохраняющий форму человеческого тела. Вокруг сгущался знакомый туман, в котором силуэты врагов застывали без движения, точно истуканы.

В этот раз отсутствовала даже видимость боя: мы просто рубили тварей в капусту, а те продолжали стоять в прежних позах. Из всей толпы, только Стражи хоть как-то да отреагировали на нашу атаку и парочка здоровяков начала очень медленное бегство. Естественно, ни черта у них не вышло, и мы прикончили всех.

Только к тому времени движущийся взрыв чуть ли не полностью состоял из одной концентрированной боли и казалось, будто в мире нет ничего, кроме жуткого страдания. Наверное, такое должно происходить с грешниками, когда те попадают в преисподнюю. Неужели я успел столько нагрешить?

Потом боль начала понемногу откатываться назад, и я остановился, покачиваясь в бледнеющей мгле. Вокруг поднимались заснеженные шапки гор, над головой плыли белые подушки облаков и солнце казалось безжалостно-пристальным оком бога. Уж он то видел, что я натворил. Прикончил полторы сотни Меченых. А ведь когда-то каждый искромсанный был взаправдашним живым человеком.

Я упал на колени и меня вырвало кровью. Живот крутило спазмами, а в ушах пульсировало пламя.

- Вот, почему эту штуку нельзя делать слишком часто, - вроде бы в голосе Кровопийцы слышались вина и сочувствие. – Хорошо поработали.

Боль продолжала рвать внутренности на части, поэтому я выпустил оружие и прижал ладони к животу. Вероятно, в этот момент любой выживший Меченый мог запросто прикончить беззащитного врага, однако мне было не до этого никакого дела. В голове стучало одно: «Больно! Больно!» Рядом лежали два трупа и ловили открытыми ртами несущиеся снежинки. Чёрт побери, я даже завидовал им! Он то боли не ощущали.

Потом в ушах кроме огненной пульсации и свиста ветра появилось ещё кое-что. Звуки чьих-то торопливых шагов. Возможно кто-то из врагов умудрился уцелеть и теперь торопится забрать мою жизнь? Резь немного ослабела, и я протянул руку, пытаясь схватить оружие.

- Ты ранен? Куда?

Фу-ух…Это – Вика. Девушка появилась в поле зрения и присела рядом, с тревогой вглядываясь в моё лицо. Потом начала осторожно ко мне прикасаться. Видимо пыталась отыскать рану среди пятен крови на одежде. Лицо Виктории отразило недоумение.

- Да всё с ним в порядке, - донёсся сварливый голос дедугана. Я сумел поднять голову и увидел тёмный силуэт вредного старика. – Ещё немного поваляется и встанет. Если хочешь, можешь дать ему отвар синелистника. Я видел его в твоём наборе.

- Но это же при отравлении, - недоумевая произнесла Вика, но тем не менее достала свою коробку. – Кто его отравил?

- Сам себя, - старик вёл себя очень странно. Он останавливался едва не у каждого трупа и тыкал в тело своей палкой. Некоторые туши пытался переворачивать. – Его организму дали такого мощного пинка, что он воспринял вмешательство, как отравление. Кровопийца ни с кем не церемонится. Даже со своими носителями. Пока был молод и неопытен, пару бойцов довёл до полного истощения. И это – самый спокойный из братьев. Ага, вот!

Пока Вика что-то меряла и отливала содержимое пузатых полупрозрачных бутылочек в глиняную плошку, дедуган поднатужился и поддев палкой, перевернул на спину волосатую тварь, напоминающую акулу с лапами. Внезапно существо, до этого лежавшее абсолютно неподвижно, встрепенулось и сделало попытку отползти. Тотчас тяжёлый посох приложил тварь по огромной башке.

- Это тебе на будущее, Михаил, - дед внезапно разразился серией щёлкающих звуков, весьма противных для слуха. Тварь пошевелилась и ответила похожим щёлканьем, только звучало оно ещё противнее. Старик расхохотался и нахал клюкой на голову существа. – Так вот, когда эти мерзавцы понимают, что приходит капец, один из них притворяется покойником. Его задача: сообщить своим о том, что произошло. Говнюк видел, как ты упал, но не рискнул открыться. Ладно, выясним то, что нам нужно.

Они принялись щёлкать друг на друга, причём в процессе «разговора» старик всё больше приходил в бешенство, а лохматая «акула» вроде бы начала злорадствовать. Впрочем, на некоторое время я утратил нить происходящего, потому что Вика влила мне в рот содержимо глиняной миски. Как вам сказать…Если медицинский спирт по крепости принять за единицу, то в зелёной тягучей гадости было сорок таких единиц. Да что же они все надо мной издеваются?

Отдышавшись я понял, что разговор с Меченым закончен. Дед последний раз щёлкнул и вдруг, без какого-либо предупреждения взмахнул своим посохом и раздробил чудовищу череп. Всё, в этот раз на обледеневшей земле лежал взаправдашний труп. Старик посмотрел на нас и его морщинистое лицо отразило глубокую задумчивость.

Резь в животе вроде бы исчезла, и я осторожно встал. Всё время казалось: стоит резко пошевелиться и боль тут же вернётся. Нет, вроде всё в порядке.

- Спасибо, - сказал я Вике, складывающей баночки в ящик.

- Не за что. – Девушка улыбнулась. – Мы наблюдали за боем сверху и когда ты в конце упал, я здорово испугалась

- Пугаться ещё успеешь, - дед уже стоял рядом и держал посох так, словно собирался кого-то приложить. – А пока собирайся и быстро топай к заставе. Там возьмёшь Ночь и быстро двигай в обитаемые места.

- Ночь жив? – я искренне обрадовался. Судя по просветлевшей мордашке Вики, она – тоже.

- Естественно, - процедил сквозь зубы дедуган. - Этот конь будет поумнее многих моих знакомых, -  Взгляд старика чётко обозначил, кого именно он имеет в виду. – Пошлёшь весточку в Столицу. Чтобы прислали замену убитым солдатам. Кроме того, отошлёшь вот этот символ, - дед протянул Виктории клок материи с блестящим знаком. Каким именно я не рассмотрел, но девушка казалась ошеломлённой. – Там поймут, что это значит.

Старик помолчал и исподлобья уставился на меня, постукивая посохом по заскорузлой ладони.

- Дело- дрянь, - сказал дед в конце концов. – Отмеченные прибыли в полном наборе и взяли с собой летающих. Леди они увезли по воздуху, так что догнать её у нас не получится. А времени – всё меньше. Чем быстрее мы попадём к границе Внешнего круга – тем лучше.

- Так в чём же дело? – я ощутил некий подвох. – Найдём коней и…

- Долго, очень долго, - дед покачал головой и как мне показалось, напрягся. – Есть один способ, но…

В следующий миг посох в руках старика превратился в полупрозрачную тень, а мир в моих глазах озарился ослепительной вспышкой и погас.

© «Стихи и Проза России»
Рег.№ 0284777 от 14 апреля 2018 в 12:08


Другие произведения автора:

Дыхание тьмы. Глава 7. Парк развлечений. Варя. День и вечер

Последняя тень. Глава 20

Десятая статуэтка

Рейтинг: 0Голосов: 072 просмотра

Нет комментариев. Ваш будет первым!