Лихие 90-е

article275128.jpg

Павел Суздалев-Заславский

 Лихие 90-е
              Кончается советская власть, разваливается Советский Союз, разваливается одна из самых успешных республик СССР, Белоруссия. Останавливается производство, валятся, как карточный домик предприятия, в том числе и знаменитая киностудия, где Павел Аркадьевич работал директором съемочной группы, художественных фильмов. У него в голове не укладывалось, что это надолго, может и навсегда. И только когда в разгар съемочного периода, инфляция сьела все  деньги, взятые в банке, на все производство кинокартины, и выстроенный  киностудией  декоративный посёлок, который, по сценарию, должен был  сгинуть в пожаре, пришлось сжечь, не снимая его, до него дошло, что-то надо делать. В штате и так остались самые стойкие сотрудники. Хотя, что говорить и в советское время все работали из любви к кино, практически бесплатно. Собрался последний раз директорат картины. Купили водки и так называемый исходящий «реквизит», на закуску. Выпили, погоревали, посетовали на судьбу и разошлись, чтобы в дальнейшем каждый шел своей дорогой и сам выживал в джунглях капитализма. Павлу Аркадьевичу было под пятьдесят и у него было единственное желание доработать до пенсии и на дачу, виноград, вишни, сливы. Чем он любил заниматься. Но сейчас все оборвалось. От всех этих переживаний, которые длились уже полгода, у него заболело сердце. Валидол, нитроглицерин уже не помогали. И однажды при очередном сердечном приступе, он слег или, как бы сказали друзья-киношники, свалился с копыт. Его на скорой помощи доставили в лучшую больницу города. Врачи и капельницы поставили на ноги, и он потихоньку стал выходить в парк при больнице. Ни каких планов на дальнейшую жизнь у него не  было, да и что он мог. Если всю жизнь проработал в кино. Конечно, вспоминать было приятно, как раскрывались перед ним любые двери. Съемки в Крыму-Ялте. Жизнь в гостинице Крым, напротив морского вокзала, банкеты по поводу начала и окончания съемок Отдых на пляже, купание в море, обожание и желание тебя ублаготворить местными и приезжими дамочками. Готовность местного начальства идти тебе навстречу во всем, лишь бы снял сына или дочку в малюсеньком эпизоде. Вспомнил и директрису одного из НИИ города Новосибирска, постоянно проводящую свой отпуск, здесь, в Ялте. Красивая дамочка, которая, чуть не увезла его с собой, по окончанию своего отдыха. До того подгулял, что сели в поезд, уходящий к ней, в Новосибирск. Она  и на работу к себе взяла, и жилье предоставила, естественно в своей квартире. Мог бы печально кончиться, для семьи Павла Аркадьевича, сей курортный роман, да вовремя хмель выскочила. Вспомнил о своем служебном долге, о своей любимой киностудии, и в Джанкое, чуть ли не на ходу выскочил, пообещав и звонить, и приехать к ней.
                                             ***
Вся жизнь в кино стала мелькать как в веселом калейдоскопе. Ленинград, приятная экскурсия, к своим коллегам по кино. На руках выносят из вагона, полчаса целуют, везут в дом кино, тут же прискакивает телевидение, интервью и под занавес великолепный банкет. Неделя в городе. Экскурсии, Эрмитаж, по вечерам пьянки и творческие споры, В невменяемом состоянии довозят до поезда, опять полчаса целуют, клятвенные обещания приехать с ответным визитом. Все эти, да, что эти, а Сочи, а Польша, Чехословакия, а съемки в Малороссии, навеяло на Павла Аркадьевича, маниакальную грусть. Все это больше не повторится.
                Сидя при больничном парке и приятно вспоминая минувшее, качая в задумчивости головой, от приятных воспоминаний, Павел Аркадьевич, узнал в больном присевшим к нему на лавочку, знакомого, Валерий. Бывший транспортный прокурор, о ком не так давно снимали документальный фильм. Присел, поздоровались. Он тоже узнал его. Естественно сразу о болезнях, а о чем больше в больнице, как не о своих болячках. У него тоже все болезни от неприятностей по службе. Из прокуратуры пришлось уйти, из-за служебных интриг, не того, кого следует, посадил и сейчас находится в статусе безработного. Жена его бросила, и он очутился на вольных хлебах. У двоих безработных, с разными взглядами, появились общие интересы, говоря проще, как прожить.
                                                       ***
                   Валерия осенила идея, а что если собрать яблоки в его саду, в усадьбе его матери. Сразу видно деревенского парня, не одну яблоню в детстве, у соседей обтряс. Плюс, набрать, закупить у сельских жителей района, и все это отвезти на север. И там продать . Павла Аркадьевича эта идея не вдохновила, да он и не представлял с какой стороны к этому подойти. Транспорт, люди для сбора яблок, тара куда загружать, в чем везти и самое главное сбыт. Но другой идеи не было и безработные - соратники приступили к осуществлению этой идеи. Первый вопрос о машине, где взять, на чем везти. Поехали на  «ура», в автопарк, зашли к начальнику. Рассказали, что есть возможность заработать, но пока денег нет, как взять фуру с последующей оплатой. К удивлению начинающих бизнесменов, начальник дал добро, но с водителем предложил самим договариваться.
              - Найдете водителя Колупаева, у него новый МАЗ, фура и с ним договоритесь.-
 Здесь уже проблем не возникло.  Колупаев оказался молодым парнем. В летнем комбинезоне, с челкой сбитой на бок, он выглядел как мальчишка, который только что окончил школу.
     - В поездку, на север?- он состроил довольную гримасу.
     - Это хорошо. Давно пора. Уже месяц не могу вырваться отсюда, стою, нет заказов. Мы,  с нашим почтением, погоним  этого  коня,-  он  ласково  погладил кабину своего МАЗа, – Николай, представился он.
      - Вы  представляете,  какая это шикарная машина, только, только обкатку прошла. Восьмицилиндровый движок, дизель, гидроусилитель руля, скорость  около 130 километров в час, а  запас  топлива, дух захватывает, 400 литров только в два бака тягача, а с дополнительными баками прицепа до 1000 литров.  Это  же  десятки тысяч километров пробега.-
      - Нам столько не надо. До Петрозаводска, полторы тысячи километров и столько же назад.  А как сейчас дороги?- опять перевел Павел Аркадьевич, разговор на прозу.
     - Плохо. И дороги плохие и на дорогах плохо.-
     - Неужели грабят?-
     - Бывают  случаи  и грабят, и убивают. Понимаете, нет в стране порядка.
Все  крупные  дороги  в  России  поделили  между  собой  различие  мафиозные структуры.  Одни  взимают  дань с шоферов, другие грабят. Стало очень тяжело ездить.-
     - А милиция, ГАИ?-
     - Эти все мафией куплены и вы увидите еще такие экземпляры, что ахнете. Гаишники, например, помогут мафии тебя ободрать или обдерут сами.
     - А как же вы, дальнобойщики?
     - Где платим, а где и отбиваемся. Графики уж точно не  выдерживаем.  По ночам  просто опасно стало ездить. Приходиться ночевать на крупных стоянках. Не дай бог, если ночью застрянешь где-нибудь на дороге, то жди ограбления.
                     - Обратный груз, оттуда брать будешь?
     - А  как  же. Такую даль машину в пустую гнать нельзя. Загружусь чем угодно. Приходилось неделями стоять, ждать попутного груза. Обратно чего только не приходилось возить, от тушенки, до мебели, электроники и детских пеленок,- Николай  сделал  паузу.- Вот  что,  мы  тут  с  вами  заговорились,  а  время идет.-
                     Договорившись с Ним о плате за доставку груза, по месту прибытия в Петрозаводск, завели мотор и погнали фуру» на склад овощно-торговой базы. Сюда уже ехали веселее. Первый успех окрылил их. Смело подошли к начальнику тарного склада. Им оказалась молодая, очень красивая девушка Настя. Ей бы на подиуме выступать, во всяком случае, не деревяшками командовать. На худой конец в кино сниматься. Даже особо не мудрствуя, предложили ей сделку, сегодня небольшой банкет, а с последующей реализацией яблок, расплата. На том и порешили. Машину с водителем отправили на стоянку. А сами на последние деньги пошли в ресторан. Заказали самого дешевого вина «Агдам», несколько бутылок, по салатику «Столичный» и по котлете. Повеселились, правда, веселье было похоже как на «последний день Помпеи». Даже музыка особо не развеселила, еще бы в такие долги влезли, а  что впереди неизвестно. Валерий, правда, был настроен более оптимистично, если, что убегать будем. Но ему холостяку, проще, а у Павла Аркадьевича семья, ребенок.
                                                          ***
                С утра, взяв к себе за компанию, бывшего Валериного подопечного, Васю. Только - что, вышедшего из зоны, отсидевшего десять лет за убийство своей любовницы, троица  полетела дальше продолжать свою аферу. А, это была действительно афера, или русский «авось». Что одно и то же. Пригнав фуру в сад, взялись решительно за собирание яблок и через полчаса поняли, что это им бывшему директору, бывшему прокурору и бывшему зэку - убийце, это не по зубам. Сели, развели костерок, поставили заваривать чаек и стали думать. Попили чай, и общим мнением решили ехать по частникам и закупать яблоки у них. Особого выбора у друзей не было. Сказано, сделано. Подъехали к первому дому, яблоками сад забит. Вызвали хозяина, предложили яблоки забрать, но оплату за них позже. Хозяин соглашается. Тут же сбрасывают ему тару и велят собирать, а они поедут дальше, на обратном пути заберут. Бог, наверное, возлюбил троицу, так, как и другие хозяева на этих условиях согласились. Тринадцать тонн яблок нагрузив, здесь же, у последнего пункта загрузки уселись на перекус и перекур. До утра решили отдохнуть, выспаться перед дорогой.
            Сонное прохладное утро  навалилось на деревню. Павел Аркадьевич встал, поеживаясь от холода, посмотрел на потухшие угли от костра и лежащего рядом Валерия. Поднял его и они пошли будить остальную команду, спавшую в кабине МАЗа. Несмотря на раннее время на трассе полно машин, с огромной скоростью, мчавшихся на Витебск, а через него, на Питер и север. Наша конечная цель,– Петрозаводск.  Впереди тащится караван старых, допотопных фур и им пришлось встать в кильватер к этой колонне и несколько десятков километров тащится за ними. Старая трасса не давала возможности обгона. И только на развилке у Лепеля, рванув, обогнали караван, выскочили на более пристойную трассу и вздохнули с облегчением, пошли с повышенной скоростью, на какую мог потянуть мотор МАЗа, груженную фуру.
     - Мне  эта  дорога  очень  не нравится,- говорит Николай. Хоть здесь и трасса пристойная, но зато на постах ГАИ дежурят шаромыжники. Без взятки не проедем, можете заранее готовить денежки, - и тут же добавил,
     - Внимание. Пост ГАИ. Судя по количеству остановленных машин, нас также остановят.
     - Да, что-то произошло.
     Нам действительно дают отмашку и мы тормозим на обочине, поднимая волны
пыли. Сержант, гаишник, вежливо попросил показать документы.
     - Что везете, яблоки? Чую по запаху. Что-то еще есть?
     - Нет.
     - Откройте фургон, пожалуйста.
     Павел Аркадьевич, с Валерием открывают задний борт фуры. Запах свежих яблок обрушивается на наши головы. Сержант отважно  забирается  внутрь  фургона  и вежливо просит сертификат качества продукции.
Павел Аркадьевич, Валерием заскакивают в кузов и, оглядев ящики с яблоками, достают один из них и показывая на него сержанту,
                            - Здесь двадцать пять килограмм отличных яблок, вы сами убедитесь, если возьмете на экспертизу. Ни грамма нитратов, это из нашего собственного сада. Для себя растили. Они показали Васе на этот ящик и велели унести к будке поста. Наконец осмотрев, что в кузове, кроме яблок ничего нет, сержант выскакивает, отряхивает руки и кратко бросает.
     - Закрывай.
     Мы его больше не интересуем, и он вышел на дорогу  останавливать  другие грузовые машины. И они помчались в сторону севера, через Ленинград, на Петрозаводск. Маз, восьмерка, шел как легковой автомобиль, совершенно не ощущая  этих тринадцати тонн. Проскочили, Псков, Новгород, в стороне остался Ленинград, вышли на Мурманскую трассу.
                   Вышли на Лодейное Поле, заскочили пообедать. В трактире масса народу, в основном контингент «бомжей» и «бичей». Все, в основном глотают пиво. Павел Аркадьевич также подошел к стойке, с устатку взял бокал пива. Не успел глоток в себя опрокинуть, подходят два мужика, один на голову выше Павла Аркадьевича и спокойненько сообщают ему, что пора угостить и их пивом. Усталость, нервное напряжение и это, еще нахальное требование, сказалось на Павле Аркадьевиче. Он плеснул пивом в морду амбалу и тут же врезал ему кулаком. Но подсознание сработало, что, пора бежать. Развернулся и к машине, мужик за ним. Павел Аркадьевич подбегает к водительской двери, открывает, хватает, лежащую там лопатку для монтажа шин или попросту «монтажку», и разворачивается навстречу к амбалу». Моментально сменяется картинка, и уже Павел Аркадьевич, с «монтажкой» наперевес, летит за ним. Не выдержав напряжения гонки, кидает вслед бегущему «монтажку», она пролетает мимо «амбала», тот понимает, что бегущий за ним без оружия, но остановиться не может и по инерции пролетает мимо «монтажки». Павел Аркадьевич успевает ухватить ее и останавливается. До него доходит, что пора закончить игру в догонялки. Он находится вдали от дома, да и не для этого он здесь находится. Погрозив вдогонку хулиганам кулаком, довольный небольшим приключением, сняв с души, напряжение сопутствующее путешествию за золотым тельцом, пошел к машине. Ребята уже были здесь, похохотали, обсудили это приключение и от греха подальше, решили тронуться в путь. Километров двести проскочили без приключений, машина шла ровненько, без напряга. Ночью Павлу Аркадьевичу пришлось сесть за руль, шофер находился за рулем уже более десяти часов, устал. А останавливаться нет времени, яблоки товар скоропортящийся. Прав у Павла Аркадьевича с собой не было, но надеясь, что ночью и гаишники спят, он сел за баранку. Грузовик, тем более с фурой, он ни когда не водил, но не боги горшки обжигают, тем более шофер сам доверил ему руль. Сначала Павел Аркадьевич про себя удивлялся шоферскому доверию, потом вспомнил, что ему и самолет доверяли вести, и теплоход по Оке во время поиска натуры для съемок фильма «Птицам крылья не в тягость», доверили вести. Капитан был с глубокого похмелья, в рейс идти отказался, и пришлось Павлу Аркадьевичу вести теплоход от бакена к бакену, от створы, к створе. Так, что, боязни, что не сумеет вести фуру, не было. Где-то до четырех часов утра, он  вел, но глаза стали слипаться и однажды они открылись, а машина  идет по противоположной стороне дороге, пришлось сказать себе стоп и остановиться на ближайшей дорожной стоянке, залечь спать. Жизнь дороже времени. Утром вокруг машины оявились  фигуры  девочек  и молодых женщин.
     - Вы  куда,  не до Мурманска или Петрозаводска? Возьмите меня с собой,- девушка с черными озорными глазами пытается привлечь наше внимание.
     Молоденькая девочка с еще не оформившейся  грудью просительно поглядывает на ребят, пытается  показать свою взрослость и опытность. Показывая  оголенные до ляжек ноги.
     - Сколько тебе лет?
     - Тринадцать, но я все могу. Вы будете довольны.-
Николай, резко, в грубой форме ее отшивает,-
     - А ну, брысь отсюда.
     Девушки отшатываются и Николай говорит,
     - Этот отрезок дороги терпеть не могу. Одно ****ство. Здесь все женщины помешаны на разврате. В прошлый раз видел девочку, около десяти  лет  и  вот так же напрашивалась.
     - Неужели берут?
     - Берут, при  мне  и взяли. Подъехал тип на шикарном «Вольво» и затянул ее в машину. Переспит где-нибудь в кустах и выкинет вон.
     - А заплатит?
     - Эти дуры самые дешевые в России.-
      -А милиция? Эти-то что?-
     - Да  ничего.  Мзду  получают.-
     - Денег мало что ли зарабатывают?
     - Черт их знает. Может и мало.
 
                        Водила, сел за руль и снова в путь. Уже шли по Карелии, дорога, конечно, не ахти, но природа изумительная. Горы, озера, тайга. Изредка встречались жилые поселки, что заинтересовало Павла Аркадьевича, это дома сдвоенные с хозяйственными поселками. Наконец выскочили на гору, с которой открылся вид на город Петрозаводск. Спустились вниз и при въезде в город их всех, чуть не хватила «кондрашка». Прямо на въезде в город, стоял лоток, где торговали яблоками. Они то, ехали, надеясь всучить «аборигенам», по заморским ценам, экзотические фрукты, «белорусские яблоки». Заехав в город, они убедились, что здесь есть цивилизация, и город весь забит яблочной продукцией. Рязанцы, молдаване, хохлы, да какого только здесь не было, успокаивало, что белорусы только они. Правда, легче от этого не стало. Устроили военный совет, консилиум, на котором Павел Аркадьевич поругался с бывшим прокурором, не могли найти консенсус (любимое слово нынешнего генсека), но знали одно, такую массу яблок, в розницу не продать. Решили искать овощную базу и часть продукции сдать оптом. Нашли, заскочили туда и без всяких политесов, к директору. Здесь в Петрозаводске, уже вовсю кипел капитализм, вернее его пародия, накопление капитала любым путем. Директор согласился принять яблоки за наличку. Дал команду молоденькой, лет двадцати, красивенькой товароведке, принять яблоки, определить качество и сортность. Павел Аркадьевич с Валерием тоже определили качество, только не яблок, а товароведки. Поняли, что «блатная», устроенная кем-то сюда по блату, очень красивая девочка, в яблоках ни чего не рубит. Так и получилось.  Самые лучшие яблоки отставляли в сторону, девочке заговаривали зубки, не сортовые, испорченные (а их было порядочно, и крестьяне всучили, и дорогой повредили), заносили в склад, а сверху ставили яблоки сортовые, крупные, яркие.
                        Сдали несколько тонн, получили деньги, стало легче на душе, поняли, что все получится. Поехали в центр города, ни кого не спрашивая, выгрузили на одной из центральных улиц, ящики. Достали «контарные» весы (архаизм, но что было, то было) и начали торговать. Павел Аркадьевич, сам стал за весы, бывшего «киллера» в помощники. «Водила» угнал подальше машину.  Валерий шлялся поодаль, поглядывая по сторонам. Торговля пошла, образовалась очередь. Погода, правда, отвратительная, мелкий сырой снежок, иногда моросил дождик. Народ иногда возбухал. Беларусь, Чернобыль, радиация. Более продвинутые, требовали сертификат качества на яблоки, которого у них конечно не было. Но даже без сертификата, не смотря на возгласы о радиации, народу не уменьшалось. К концу дня, усталые, промокшие, Павел Аркадьевич  с помощником, на остатки яблок сбросили цены и народ просто, напросто разметал их. Торговля закончилась. Измученный, мокрый до нитки, Павел Аркадьевич, рассчитался с шофером, выделил энную сумму помощнику и потопал в первую попавшую гостиницу, договорившись с Валерием о встрече в Минске. С кучей денег в кармане, грязный как черт, он пришел в гостиницу. Место нашлось в номере на несколько человек, которые встретили его неплохо, угостили коньяком, хорошей закуской. И вовремя. Затрясла лихорадка, забил кашель. Все же целый день торговли под мокрым снегом, дал себя знать. Но с такими деньгами, какие у него были в кармане, не попьешь. Помня об этом, Павел Аркадьевич залез в кровать и моментально заснул.
                На другой день, отдохнувший, выспавшийся, снова готовый к подвигам Павел Аркадьевич полетел на железнодорожный вокзал. Купив билет на поезд, Петрозаводск-Москва, он зашел в свой вагон. Попутчиками у него в купе, оказались две молодые, симпатичные девушки. Одна Татьяна, с красивой фамилией, Ларионова, ехала до Ленинграда, другая Ольга, до Москвы. Павел Аркадьевич, пригласил их сходить в вагон-ресторан. Выпили коньячку, кофе, поговорили по душам. Усталость, нервное напряжение, терзавшее Павла Аркадьевича, последние несколько дней, сказалось. Он размяк, стал добрым, ласковым. Девушки ему понравились, особенно Татьяна. Ласковая, нежная, из глаз ее лучилась, сама доброта. Работала она начальником планово-финансового отдела, какого-то, земле - проектного НИИ в Петрозаводске, и ехала в Ленинград, в гости, к родственникам. Павла удивило, такая красавица и одна, ночью, куда – то едет. Умная, грамотная, что большая редкость среди женщин, такое может быть, только на крайнем севере, собственно, откуда и ехала Татьяна.                            
                  Продолжение следует
                                               Cуздалев – Заславский

08\11-2017г.

© «Стихи и Проза России»
Рег.№ 0275128 от 12 ноября 2017 в 21:08


Другие произведения автора:

Эпитафия №3

О,Милости божьей часть вторая

Ты, Князь устал!

Рейтинг: 0Голосов: 032 просмотра

Нет комментариев. Ваш будет первым!