Право на выбор ч. 5 гл. 24. Эти звёзды 6

12 августа 2017 — Владимир Винников


 

    Лида Виноградова немного поспорила с мужем о вкладе постоянно мелькающих одних и тех же исполнителях в развитие массовой культуры в России.

 

    Володя напомнил жене:

    -Эти пять-десять человек, не особая, неприкасаемая каста. Это категория лиц, которые последнее время «присвоила» себе титулы: «звёздные», «примадонны».

    Они приватизировали концертные залы, телевизионные программы. Они долгое время уклонялись от уплаты налогов, на свои концерты они требуют продавать билеты стоимостью до пятнадцати тысяч рублей.

 

    Простой педагог не в состоянии посещать их концерты. И как они могут принести культуру в массы?

    А ведь артистов, которые исполняют песни «живым» голосов, не под «фанеру», просто не пускают на сцену.

    Каждый праздник на экранах телевизоров одни и те же лица. Песни, которые исполняют эти лица, не поёт народ, и всем ясно почему. О вкусах нашего народа подобные исполнители забили, а прививают другие,  чуждые россиянам.

 

    Володя ушел в свой кабинет, а Лида решила навести порядок в шкафу, где хранились черновики изданных произведений мужа.

    Между толстыми папками, она наткнулась на стопки писем двоюродной сестры, Валентины Трегудовой, которая проживает на Украине в городе Белая Церковь.

    Ей муж, прапорщик Владимир Трегудов, служил в Советской Армии тридцать пять лет, побывал на острове Куба, во Вьетнаме, Анголе, Афганистане, а когда в девяностых годах армию стали сокращать, вернулся в Союз.

    Выйди в отставку, он три раза подавал исковые заявления в суд, оспаривая постановления Пенсионного фонда Украины о сумме назначенной ему пенсии.

    После трех судебных заседаний, его пенсия увеличилась до двух с половиной тысяч гривен.

 

    Лида открыла первое письмо датированное июнем 1966 года, начала читать:

    «Извини, долго не отвечала на твоё письмо. Сообщаю главное, здесь, в Германии я стала работать в полковой столовой поваром! 

    Нет, ты только представь, я и повар!

    Я дома готовила себе, да мужу, суп, борщ получались.  А здесь ведь нужно готовить на тысячу человек! Столовая двухэтажная, кушают в две смены, повару помогает ещё семь солдат.

    Ах, да, как я туда попала?

    Девятого мая, вечером, в столовой отмечали праздник. Были все офицеры и прапорщики. Меня замполит представил среди недавно прибывших жен военнослужащих, как многодетную мать. В зале сразу такая тишина.

    Ты ведь понимаешь, что это значит, когда на тебя одну смотрят сотни мужчин.

    Хотя, когда ты выступала на заседании городского Совета депутатов, тобой тоже все любовались!

    Так вот, танцую я со своим Володей вальс, как мы красиво танцуем, ты помнишь. Подходит к нам какой-то майор, он уже в годах и просит моего мужа представить его. Это оказывается начальник всех столовых, представляешь!

    Он попросил у Володи разрешения пригласить меня на очередной танец. А за ним, ко мне с Володей стали подходить многие офицеры и приглашали меня танцевать.

    Это было приятно, но я так устала. Отошли мы с мужем в сторону, опять подходит тот майор и говорит Володе:

    -Приведи её завтра к семи часам утра ко мне, она будет работать поваром в солдатской столовой.

    Да, Лида, ты знаешь какая здесь большая проблема найти работу жёнам офицеров и прапорщикам. Только дипломированным врачам немного легче.  Но некоторые работают на половину ставки, всем должностей не хватает!

    Эх, если бы я знала немецкий язык, то можно было бы работать переводчиком, они здесь хорошо получают.

                                               7

    Вот так я стала работать в столовой вольнонаёмной. Наверное мне повезло, или я майору понравилась. Только бы Володя не приревновал. Ведь совсем не похоже, что майор пожалел нас с тремя детьми.

    А зарплаты Володиной маловато на пятерых, тем более, здесь есть что купить и себе, и детям. Но об этом расскажу подробно при встрече.

 

    Я побывала с Володей в гостях на квартире у офицера ГДР, он представитель министерства обороны. Так у них есть две машины и в квартире…

    В общем, напишу после.

 

    Кстати, на том вечере девятого мая я познакомилась с чудесной парой.

    Он служит в политотделе, известный в Союзе и во всей Армии скульптор и художник, а она работает вольнонаёмным поваром.

    Посмотрела бы ты на них, такие красивые! Его зовут Иван, а её Билюра, интересное имя, да? 

    У Ивана отец армянин, а мать русская, а у Билюры отец азербайджанец, а мать тоже русская.

    Вот Билюра меня и учила потом поварскому искусству. Мы с ними очень подружились и теперь часто встречаемся семьями. У них двое детей: сын и дочь. Они постарше наших сыновей и хорошо говорят на немецком языке.

    Иван здесь служит третий год, он на очень хорошем счету. Командир дивизии его постоянно хвалит.

    К Ивану приезжали даже из Министерства обороны, из Москвы и заказывали портреты маршалов Великой Отечественной войны.

    Иван нарисовал их так, что комиссия министерства, которая принимала заказ, удивлялась.

    Ордена и медали были выполнены с такой точностью, что даже когда подсчитывали бриллианты на ордене Победы у маршала Жукова, всё совпало с настоящим!

    А какие Иван делает барельефы и памятники! Залюбуешься!

    Мне только не понятно, а почему они иногда говорят, что когда их дети подрастут, то будут жить в Берлине»?

 

    Лида положила прочитанное письмо в заранее приготовленную коробку, взяла другое.

 

    «Уже два месяца я живу с детьми в «Белой Церкви».

    Мой Володя в командировке, обучает солдат и офицеров в Афганистане. Пишет что на «чёрном рынке» в Кабуле в продаже появились гранатомёты.

    Я видела гранатомёты на учебных плакатах в Германии. Нас, вольнонаёмных, учили стрелять из пистолетов, автоматов. Ещё нам показали, какое оружие может быть у потенциального противника.

    Так вот, гранатомёт очень опасное оружие. С него можно подбить бронетранспортёр и танк!

    Володя пишет, что в Афганистане последнее время стало беспокойно. Вроде их президент хочет попросить наше правительство ввести наши войска в их страну, чтобы помочь защитить их народ от  повстанцев.

 

    Неужели будет война?

    И что, там так много этих повстанцев, что это угрожает нашей стране? Без наших войск не справятся? А нам это надо?

 

    Сердце моё постоянно ноет. Очень надеюсь, что Володя скоро вернётся домой живой и здоровый.

    Хоть бы не было войны»!

 

    Лида свернула тетрадный лист, положила в конверт и взяла очередное письмо. На штампе почтового отделения указано 22 июня 1970 года.

    «Не успела я нарадоваться возвращению мужа из  Африки, как он опять уехал в командировку. На этот раз во Вьетнам. Хорошо, что там уже нет войны. Через месяц, мне привезли он него письмо.

    Володя пишет, что купается каждый день в море, вода в нём  тёплая. Он там очень похудел, кормят в основном рисом и рыбой. Урожай риса собирают четыре раза в год!

    Вот бы у нас хотя бы собирать два раза в год. Как бы страна разбогатела!

                                                        8

    Ещё он пишет про какие-то креветки и лобстеров (это раки большие), очень полезные и вкусные. Я такую пищу никогда не пробовала.

    Да, там ещё местные жарят себе маленькие зелёные бананы, представляешь? Володя пишет, что по вкусу, это почти как наша картошка. Нет, как это, жарить бананы? Ведь они сладкие!

    А ещё, он побывал в джунглях! Видел заросли бамбука! Там по склонам гор крестьяне копают террасы, на которых высаживают кофейные деревья и ещё плодовые, хурма называются.

    Вот только к их приезду, эти деревья сбросили листочки и стояли голые.

    А я думала, что кофе растёт только в Бразилии, а хурма в Сочи.

    Володя пишет, что не видел яблонь и груш, там они не растут. Он пишет, что пробовал кокосовое молоко. Кокосы растут на высоких пальмах, прямо над головой! Сок кокоса не такой по вкусу, как молоко, но хорошо утоляет жажду.

    А почему его так назвали, молоко?

    Курсанты, местные жители, они там все худенькие и низкорослые, едят мало, Володе даже неудобно с ними за один стол садиться. Наши привыкли кушать много.

    Володя и там учит водить и обслуживать бронетранспортёры. У него один курсант учился ездить самостоятельно по пересечённой местности и умудрился перевернуть бронемашину. Хорошо, в машине сделано так, что горючее из баков не выливается.

    Так потом на этой машине остальные курсанты отказывались учиться, всё бормотали, что на ней заклятие страшное наложено.  На других учились, а на этой ни за что!

    Володе пришлось самому залезть в машину и показать, как можно на ней ездить.

    Когда он вылез, курсанты стояли с открытым ртом, а переводчик сказал, что, по отзывам солдат, эта машина летала как самолёт. Отрывалась от земли, перескакивала препятствия и на месте разворачивалась!

    С этого дня,  все старались учиться вождению только на этой машине.

 

    Да, забыла написать, а земля во Вьетнаме красноватая,  поэтому вода в реке, не такая чистая,  как в нашей речке Рось.

 

    Лида улыбнулась, вспоминая, как она со своим Володей, летала в феврале во Вьетнам и как боялась ходить под пальмами, на которых висели огромные кокосы.

    А вдруг они упадут прямо на ей голову.

 

    На очередном конверте указана дата 5 мая 1973  года:

    «Долго не писала, извини! Столько событий!

Здесь на Украине мне говорили, что с собой в командировку на Кубу можно взять только двоих детей. А как же я могу оставить ещё одного? И ещё самой решить, кого именно? Вот я на свой страх и риск взяла всех троих.

 

    Ничего, пропустят!

 

    Нас отправляли на Кубу теплоходом из Калининграда. Какой это красивый город! Только море мне не понравилось, холодное, долго не смогла плавать. 

    Мы с детьми успели сходить осмотреть крепость, которую наши штурмовали в войну. Стены толстенные и как только выбили отсюда фашистов?

    А наш теплоход такой огромный, это целый город! На нашу семью выделили две каюты, одну нам с Володей, вторую детям. Каюты большие, очень чистые и на корабле чистота идеальная!

    На палубе бассейн, можно хоть сутки купаться и ходить по палубам, а их здесь четыре, в чём угодно, я имею в виду в купальниках.

    А вот на обед, нужно было обязательно прийти опрятно одетым. Мужчины в брюках и рубашках, женщины в юбках и блузках. Всех детей  на корабле кормили четыре раза в день.

    Наш Серёжка облазил весь корабль, он даже отца водил в машинное отделение на экскурсию.

    Вот такой у нас сынок! В каждой бочке затычка!

 

    Шёл наш теплоход до Гаваны шестнадцать суток, нам повезло, штормов не было. Я с трудом переношу качку.

 

    Когда я была в Калининграде, мне подсказали, что на Кубе очень плохо с капроновыми лентами.  Там одна стоит пять песо, а у нас здесь пачка, в переводе на их деньги, один песо! Много денег можно выручить.

    Я волновалась, когда нужно было сходить с корабля, вещи проверяла таможня. Но тут неожиданно выручил наш Серёжка.

    Он познакомился с девочкой, она инвалид, передвигалась на коляске, пока мы встали в очередь, Серёжка стоял у бассейна. В это время едет мимо него в своей коляске эта девчушка и кричит ему:

    - Пропусти!

    Наш Серёжка дернулся, пакет с лентами уронил девочке на колени, а сам сделал шаг назад и упал в бассейн. Пока его доставали, девочка благополучно проехала мимо таможенников.

    Так у нас появилось немного свободных денег.

 

    В это же время на остров Куба другими кораблями везли много бронетранспортёров. Когда мы вышли в порту, грузовые корабли уже стояли у причалов под разгрузкой.

    Володе пришлось вдвоём с одним товарищем, почти сутки отгонять машины от башенного крана. Местные механики боялись водить наши бронированные машины, ведь не обучены ещё.

    Володя был за рулем, а второй смотрел с брони,  куда сдавать с платформы. Мужики наши очень устали.

 

    Поселили нас в отдельном доме, если его можно так назвать.

    Стены из тоненьких дощечек, крыша покрыта пальмовыми листьями. На нас во время дождя постоянно лилась дождевая вода.

    Дождь летом здесь идет каждый день в одно и то же время, с тринадцати тридцати, до пятнадцати тридцати.

    В доме на окнах жалюзи и сетка от москитов, комаров местных. Пол залит бетоном, а в них такие канавки для отвода воды.

    Работы здесь для меня никакой нет, вот и стала я учиться шить женские платья. Мама моя была хорошая портниха, ты же помнишь?

    Вот и я буду не хуже.

 

    Володя приходит домой поздно, у них здесь, похоже, не так всё спокойно, как нам говорили.

    Недавно было совершено очередное покушение на Фиделя Кастро. Их курсантов, которых наши инструктора обучают, тоже подняли по тревоге, но у них плохие навыки вождения. Пришлось Володе самому, управляя бронетранспортером, с их солдатами на броне, выехать на побережье. За ним потянулись остальные. Вернулись они на следующий день к вечеру.

    Что там было, Володя мне так и не рассказал, да я и не настаивала».

    Лида сложила письма в пакет и убрала в шкаф. Завтра они вылетают в Москву, погостить у детей.

    У них с мужем в планах - посещение Украины, Тулы, Богородицка и Товарково.

 

© «Стихи и Проза России»
Рег.№ 0269568 от 12 августа 2017 в 09:44


Другие произведения автора:

В большом пруду рыба играет

Ель под окном махнула мне призывно

15. Белые ночи Стрелка Васильевского острова.

Рейтинг: 0Голосов: 079 просмотров

Нет комментариев. Ваш будет первым!