Сорок - сороков - два царя

23 апреля 2016 — Григорий Хохлов

  Сорок - сороков  -  два царя

 

 Жили-поживали два царя.

 Один добрый, другой злой.

 И кто-то скажет, что и зря,

 Но их судьба сведёт порой.

 

 Всё по пути огнём сметая,

 Везде реки крови проливая,

 Кесарь-царь войска ведет

 В свой губительный поход.

 

 После их ужасная картина:

 Вся страна лежит в руинах.

 Кто сбежал, тот чудом жив,

 А кто не смог - своё отжил.

 

 Будь младенец или дед.

 Всё равно держал ответ

 Будто в чем-то виноват

 Без счёта мёртвые лежат.

 

 И летит вперед молва

 О всей алчности царя.

 И границ у страха нет,

 И злодей не даст ответ.

 

 Нет народа, нет и силы:

 Что воителю, пол мира.

 Будут все у ног лежать,

 И владыку восхвалять.

 

 Все бы было бы, да так,

 А только рубль - не пятак.

 Так и мы сравним царей,

 Кто дороже, кто добрей.

 

 Вот вам, и Белый царь,

 Тоже владыка государь.

 А восхваляет его народ:

 - Царь по совести живет.

 

 Всех рассудит и накажет,

 Он поможет и подскажет.

 И по силе ему равных нет,

 Даст достойный царь ответ.

 

 Но царя кручина мнет:

 - К нам сила тёмная идет,

 Как страну свою спасти,

 Рать несметну извести?

 

 Государь не ест, не пьет:

 Только он страну спасет,

 Но очень мала царя рать:

 Значит, в поле им лежать.

 

 Нет, не выход! Царь опять:

 - Зачем людям-то страдать?

 Лучше я один тогда умру,

 Но отведу жестокую беду.

 

 С ним сойдемся в поединке:

 Кто победитель - тот и прав,

 Всё ладком да по старинке,

 И Царя царей известен нрав.

 

 Этот не уступит, не отступит,

 И многих в бою рубил царей,

 Он лихо колет - тяжко рубит,

 Нет царя удачней и сильней.

 

 Добрый царь и мысли честны

 Жаль ему другие не известны.

 Но если бы знал, не думал так:

 Но Белый царь душой добряк.

 

 А Кесарь не знал пощады,

 И зла не ведал всех границ.

 Губил без меры и награды,

 И не помнил мёртвых лиц…

 

 - Я не злодей, а только воин, -

 Любил, убийца повторять. -

 Один, один я только волен

 Над всеми душами, стоять!

 

 И хмурит Кесарь свои брови

 В пленных злой вонзая взор:

 Да! Везде пускаю реки крови,

 И в том моя заслуга - не позор….

 

 Но есть еще Всевышний,

 Где всяко наказуемо зло.

 И урок не будет лишний,

 Хотя злодею всегда везло.

 

 Похоже, что пробил час,

 Рок не поздно и не рано:

 Злодей не смежил глаз,

 Не спит надёжная охрана.

 

 В шатер рассвет крадется:

 И там становится светлей.

 Дать ответ царю придется,

 И тот уверен, что сильней.

 

 Мы сойдемся в поединке,

 И даже случись, погибну я,

 Я мертвый договор нарушу,

 И эта будет выжжена земля.

 

 А в смерть свою - не верю,

 Потому что очень я велик,

 Сейчас в бою себя проверю,

 И свой тонкий хмурит лик:

 

 - И все богатства будут наши:

 Сам, уничтожу Белого царя,

 А горделивец, даже павший,

 Он пищей будет для зверья...

 

 И только солнце поднялось,

 Уже стучат-звенят копыта,

 Волей рока битва началась,

 Слезой росой земля умыта.

 

 Пронзенный, завалился конь,

 Тяжёлое копьё коня достало.

 И смертный свой отбив удар,

 О землю грянул Кесарь царь.

 

 Встать хочет - и никак.

 И конь тут не поможет.

 Все рвется в бой чудак,

 А смерть его треножит...

 

 - Удар меча - и ты мертвец,

 Рать уводи свою обратно.

 Ясный голос Белого царя

 Множит эхо многократно.

 

 Зря не хочет Белый царь,

 Завершить так поединок:

 Царь царей сейчас не царь,

 Он беззащитен, как ребёнок.

 

 Но вот и меч уже в руках,

 И смерть на нем блистает,

 Кесарь рубит Белого царя:

 Добро тихонько отступает.

 

 Как в жизни так всегда,

 Собраться надо с духом,

 И у злодея сломлен меч,

 Стон его угас над ухом.

 

 Бросил меч и добрый царь,

 Уже бились в рукопашной,

 Царя рука, что палицы удар:

 Она быка уложит насмерть.

 

 Но держит Царь-царей,

 На исходе сил, но дюжит.

 Кричит народ: «Его убей»,

 Он злу - неправде служит!»

 

 Упал Кесарь и поднялся.

 И вперед приказ отдал.

 Стоял, качался и смеялся

 Или рыдал, никто не знал.

 

 Уже бились насмерть все:

 Все без стона и без крика

 И умирали в ужасном сне

 Всем тут было не до лика.

 

 Надо в лицо врага глядеть:

 Чтобы рука не стала мягче,

 Один ведь, должен умереть

 А умереть за правду легче.

 

 Такой народ не победить,

 Внял ошибке Царь-царей:

 - О, Боже! Тут как мне быть?

 Пошли мне смерть скорей.

 

 Ответ не мог быть проще:

 - Кесарь! Ты давно мертвец,

 И жить ты будешь в чаще,

 Среди людей - ты не жилец!

 

 Я все оставляю, все как есть.

 Этот урок всем молчаливый.

 Но ты считай, что это месть,

 Иль рок твой, несчастливый.

 

 И громом небо раскололось

 И чудеса совершились вмиг.

 Войско грибами обратилось,

 Лишь Бог такое сделать мог…

 

 Я бреду по солнечной поляне

 Вот Белый гриб и добрый царь

 Склонился он ко мне в поклоне:

 - Живете счастливо, мои Земляне,

 И желанный мой примите дар.

 

 Поклонился. Вдали мухоморы

 Тихо застыли в гордыне своей,

 Не расслышал я их разговоры

 И вижу я чётко Царя из царей.

 

 На злыдня совсем непохожий,

 Царь блещет жемчужной росой,

 Кесарь, тут статный, пригожий,

 Даже красавец с доброй слезой.

 

 Милые детишки - не взыщите!

 Славными и добрыми растите!

 А будете в лесу - там смотрите,

 И Царя-царей не пропустите.

 

 Я как мог, так всё и рассказал,

 И Кесарь-гриб, мне руку жал.

 Он съедобный, теперь добрый,

 Дети, кто, в руках его держал?

 

  4 апреля 1999 г.

© «Стихи и Проза России»
Рег.№ 0234013 от 23 апреля 2016 в 08:47


Другие произведения автора:

УБИЙЦЫ

Сказки были. сорок - сороков Волшебная картина

Сказки были. сорок - сороков Три сосны

Рейтинг: 0Голосов: 0218 просмотров

Нет комментариев. Ваш будет первым!