Когда не станет Фриды - глава вторая

14 марта 2019 — Надежда Опескина
article301383.jpg
 
     Баден-Баден.

     За весной прибежало лето. Андре и Фрида отучились, у них начались каникулы. Вилли решил побывать в Баден-Бадене, дать отдохнуть молодёжи, самому поднабраться сил перед принятием серьёзного решения. В своём доме в Баден-Бадене он не был пару лет. Позвонив экономке, предупредил о своём скором приезде. Его удивила реакция фрау Клосс, так звали экономку. Она испугалась его слов о приезде, стала уточнять, когда именно они приедут и почему не предупредили раньше. Это сильно взбесило Вилли:

     - Фрау Клосс! Мне что, у вас спрашивать разрешения для приезда в свой собственный дом? Вы кем себя возомнили? Два года я не беспокоил вас своими приездами и теперь не намерен предварительно согласовывать свой приезд. С сегодняшнего дня вы не работаете у меня. Оставьте ключи у садовника и покиньте дом.       

     Фрида, пришедшая с выпускного бала, сразу увидела изменение в настроении деда, но чтобы его не волновать, пошла расспросить кухарку Эмму. Та и рассказала о телефонном разговоре с Баден-Баденом. 

     - Правда, я слышала лишь отрывки разговора. Экономку он уволил и велел покинуть дом. Не моё это дело, но фрау Клосс позволила себе лишнее, - ответила Эмма, теребя фартук. - Она совершила глупость. Потерять такую спокойную работу!

     На следующий день, заказав небольшой автобус и загрузив в него вещи, втроём отправились в Баден-Баден. Вилли перенёс дорогу легко. Андре и Фрида смотрели в окна, любуясь пейзажами.

     Дом встретил тишиной. Садовник Курт предложил в экономки свою жену Анни и Вилли согласился. Многое рассказал ему садовник про фрау Клосс. Оказывается, она стала сдавать часть дома без разрешения хозяина. Отдыхающих всегда приезжало много и от желающих не было отбоя. Одно радовало Вилли, что сдавались только три гостевые комнаты и никто не проживал в его комнате и комнатах семьи.

     Вскоре всё забылось. Новая экономка Анни была расторопна, всё успевала, ей помогал  муж. Они старались и Вилли был доволен их работой.

     Андре продолжал лечение Вилли по своей методике, которую одобрил консилиум врачей. Фрида окружила деда теплом и заботой.

     В один из тихих вечеров, когда Анни накрыла стол для ужина, в калитку сада позвонили. Анни пошла посмотреть, кого это принесло в столь неурочный час. Вскоре вернулась несколько смущённая и тихо произнесла:

     - Там пришла какая-то женщина лет сорока, наниматься экономкой. Я ей сказала о моём приёме на работу, но она настаивает на встречу с вами, гер Крюгер, и не хочет уходить. Курт увидел её и просил вам сказать, что она снимала комнату в вашем доме с прошлого года, приехав ранней весной с одним чемоданом.

     - Она не назвала своего имени, Анни? - спросил спокойным голосом Вилли.

     - Назвала, гер Крюгер! Её зовут Эльза Хайт, - ответила Анни.

     При этих словах лицо Вилли побагровело. Он отбросил салфетку, встал и, направляясь в свой кабинет, произнёс:

     - Проводите её в мой кабинет, Анни! Прошу никого не входить ко мне, пока она не уйдёт. Особенно это касается тебя, Фрида.

     Анни привела женщину в дом. Брюнетка лет сорока, в очках с толстыми стёклами, делающие её глаза очень маленькими, стройная, скромно одетая. Тихо промолвив приветствие Фриде, вышедшей из столовой посмотреть на незнакомку, прошла в кабинет Вилли, плотно прикрыв дверь. 

     - Обычная, серая мышка, - рассмеялась Фрида, вернувшись за стол, продолжив прерванный ужин. - Явно, она не знает этикет. В это время все, или почти все, немцы ужинают и приходить без договорённости - верх неприличия. Знает, что место занято, но настаивает. Откуда она свалилась?

     - Она мне кого-то напомнила, но не могу вспомнить, - задумчиво произнёс Андре. - Пойдём в сад. Скоро стемнеет и мы будем любоваться звёздами. Нас позовут, если Вилли что-нибудь потребуется. Как ты его находишь, Фрида?

     - Как я нахожу деда? Он раньше дряхлел на глазах. Когда доктор Фишер привёз его из клиники домой, то предупредил о дальнейшем ухудшении здоровья деда. Закатывал глаза, говоря о его возрасте.

     - Прости, я не узнавал сколько Вилли лет, но мне это важно знать для лечения.

     - Через два дня деду исполнится семьдесят лет. Хотелось бы мне дожить до столь преклонного возраста, - вздохнула Фрида.

     - Семьдесят лет? О, это так мало, моя маленькая девочка! Ты не заметишь, как промчаться года. Живи долго, любимый мой цветочек!

     - Любимый цветочек? Ты никогда меня так не называл, Андре, - в задумчивости произнесла Фрида, танцуя на лужайке сада.

     В свете фонарей она была похожа на порхающего мотылька. Несмотря на все её старания казаться взрослой, Фрида выглядела гораздо моложе своих шестнадцати лет. Она была почти прозрачна. Хрупкая фигурка, взгляд, смотрящий всегда с большим интересом на окружающий мир.

     - Фройляйн Фрида, дедушка просит вас с Андре пройти в дом, - сказала прибежавшая Анни. - Он велел накормить эту Эльзу и разместить в маленькой комнате для гостей. Именно в этой комнате она прожила почти год. Оказывается, фрау Клосс взяла с неё плату до сентября, а оно вон как вышло. Деньги фрау Клосс не может отдать, расходовала, а на работу не устроилась. Никто не хочет здесь брать её на работу. Город маленький, все всё знают.

     - Ты слышал, Андре, эта незнакомка остаётся в нашем доме. Не узнаю деда, он не любил посторонних людей в доме. Пошли быстрее, он не любит ждать. Хочу послушать, чем он объяснит своё решение. Грос фатер не перестаёт меня удивлять. Ни с того, ни с сего стал искать мне мужа, теперь принял бродяжку в дом. Что-то здесь не так, - сказала Фрида и побежала к дому.

     Андре едва поспевал за Фридой. В дом они вбежали запыхавшиеся. Дверь в кабинет Вилли была открыта. Он сидел за массивным столом с большой сигарой в руке, в задумчивости теребя какую-то папку с документами.

     - Вижу, Анни уже рассказала о моём решении. Эльза Хайт какое-то время поживёт в нашем доме. Питаться она будет отдельно, в своей комнате. Прошу как можно меньше её беспокоить, она больна, и сдаётся мне, очень. Надо показать её опытным врачам. Завтра я позвоню профессору Ваккеру и попрошу приехать с супругой на отдых. Два года назад мы прекрасно отдохнули вместе здесь. Помнишь, Фрида? 

     - Признаться, дед, мне не очень понравилось то лето. Особенно приезд родителей из Ниццы. Скажи, почему они отдали меня тебе на воспитание? Вижу их отношение к младшим сёстрам и не понимаю. Что во мне не так? Отец и мать не звонят, приезжают раз в год, - неожиданно расплакалась Фрида.

     - Когда ты родилась, Эмиль был очень молод, а Кетрин было только семнадцать лет. Они сами ещё были детьми. Кстати, через два дня они приезжают всей семьёй на отдых, я их сейчас пригласил по телефону, - успокоил внучку Вилли.

     - Зачем же ты тогда оставил эту старушенцию? - удивилась Фрида. - Ты знал её раньше?

     - Старушенцию? Ей недавно исполнилась тридцать два года. Знал ли я её? Видел один раз, но это было очень давно. Увидел сегодня и не узнал. Болезнь никого не красит, Фрида, - тяжело вздохнув, ответил Вилли. - Пора всем спать. Устал я сегодня.

     Андре проснулся от стука в дверь. Едва брезжил рассвет. Накинув на пижаму халат, открыл двери. На пороге стояла Анни.

     - Не знаю как быть, Андре. Наша постоялица очень стонала. Я пошла посмотреть, а она лежит там без памяти. Может вы её посмотрите?

     Эльза лежала в розовой пижамке, без очков, разметав свои пышные волосы по подушке. Он вдруг понял кого ему напоминает гостья Вилли. Он оглянулся на Анни, та закивала головой и произнесла:

     - Вы правы, Андре. Они очень похожи с Фридой. Вчера вечером в очках она смотрелась иначе, а сейчас я зашла в комнату и всё поняла. Главное понять сейчас, что с ней.

     Андре осматривал гостью. Дверь открылась и в комнату вошёл Вилли, опираясь на трость.

     - У неё, Андре, рак матки последней стадии. История болезни у меня в кабинете. Она не знает сколько ей осталось жить. Пришла ко мне попросить разрешения проститься с Фридой. Со дня рождения она не видела дочери, так случилось. Вот я и оставил её у себя. Надо как-то Фриде сказать, а не знаю, как начать. Виноват я, Андре, виноват. Это я почти шестнадцать лет тому назад у неё дочь забрал. Пошалил сынок с сироткой-малолеткой, а жениться наотрез отказался. Тогда у него роман с Кетрин начинался. Жена моя была против, а я забрал. Разлад с женой был долгим, до последнего своего дня не простила меня. Сына она очень любила и во всём ему потакала. Пришла девчонка к ней, а она её взашей выталкивать стала, но опоздала. Девчонка здесь, в моём доме, и родила в тот же час. Увидел я эту кроху на руках приглашённой акушерки и не отдал. Эльзу поместил в клинику подлечиться, а потом отправил в Италию на учёбу через своего адвоката. 

     - Ей срочно надо сделать обезболивающий укол иначе не выдержит сердце, - прервал рассказ Вилли Андре.

     Весь день Андре не выходил из комнаты Эльзы. Фрида несколько раз заглядывала в комнату, злилась на деда и Андре. Молчат, ничего ей не говорят, носятся с этой тёткой. Прикатил профессор, закрылись втроём в комнате Эльзы.

     Вечером Вилли позвал Фриду в кабинет и всё ей рассказал. Плакала навзрыд девочка у постели своей матери, держа её руку в своей руке. И ночью не пошла в свою комнату.

     Через два дня приехали Эмиль и Кетрин, оставив детей с Эммой. Узнав об Эльзе, тут же собрались покинуть дом Вилли. Напоследок Эмиль кричал на весь дом:

     - Всю мою жизнь ты, отец, меня коришь за проступок молодости. Не любил я её и в случившемся виноватым себя не считаю. Ты разве сам не был молодым? Не я, а ты подобрал её дочь...

     - Замолчи! Подбирают щенков! Вон из моего дома! И я больше не желаю тебя знать! - почти шёпотом ответил сыну Вилли.

     В день семидесятилетия Вилли собрались только тесным кругом. Эльзу усадили в коляску. Фрида сидела рядом с матерью. Эмиль так и не поздравил отца, хотя находился ещё в Баден-Бадене.

     Побежали дни. Уход, хорошее питание, и преобразилась Эльза. Стала тихонько выходить в сад в вечернее время. Не отходила от неё Фрида. О многом спешила рассказать дочери о себе мать.

     - Любила я Эмиля очень, доченька. Сама из бедной семьи, родители умерли, когда мне и пяти лет не исполнилось. Воспитывала меня тётя, работающая на соседней вилле горничной. Стала приводить меня себе на помощь с двенадцати лет, владельцы виллы не возражали. Так однажды и увидела я твоего отца. Ему  было двадцать лет, мне пятнадцать. Красиво ухаживал, подарки дарил, ласковый. Что ещё сироте надо. Отогрел он моё сердечко. Узнав о беременности, сразу изменился. Мать его отправила в Австрию на учёбу, а тётя выгнала меня из дома. Скиталась я где придётся и как придётся, но подходило время рожать, вот я пришла к твоей бабушке. Не приняла, кричала на меня, топала ногами, требуя прекратить клеветать на сына. На моё счастье, на вилле, где я работала, сыновей не было, одни дочки росли и хозяин парализованный лежал. Много гадкого сказала твоя бабушка. От страха затрясло меня и начались роды. Один раз и видела Вилли фон Крюгера, в день твоего рождения. Пришёл, взял тебя на руки, завёрнутую в половинку простыни, и сделал мне предложение оставить тебя в его доме. Не смогла я отказаться, Фрида. Потом мы и не встречались. Я уехала в Верону на его деньги, позже поступила в университет, деньги поступали исправно. Сумма небольшая, но мне хватало. 

     Врачи, осмотревшие Эльзу, предрекли ей скорую кончину. Отпраздновали шестнадцатилетие Фриды и она угасла. В тёплый летний вечер, когда пряталось солнце за горизонт, она замолкла. Вилли распорядился похоронить её под именем Эльза фон Крюгер, никто ему не перечил, никто не возражал.

     В тихой грусти прожили август и вернулись в Вюрцбург. Вилли ходил самостоятельно, лишь слегка опираясь на трость. В нём проснулась жажда жить и жить долго. Он вернулся к общественной деятельности в своей партии. В доме часто собирались гости. Приходили семьями. Фриду в городе считали самой богатой невестой. Молодые люди наперегонки ухаживали за ней. На Андре никто не обращал внимания. Не мог им, сынкам богатых людей, помешать бедный студент. Не для него этот созревший плод. Вдовцы тоже мечтали заполучить этот цветок из сада Вилли фон Крюгера. Фрида со всеми кокетничала, даря свои улыбки налево и направо. С Андре говорила мимоходом.

    - Прости, Андре, но она такая же, как её отец. И ничего уже изменить нельзя. Будь она парнем, то правнуки у меня появлялись бы по несколько малышей в год, - как-то посетовал Вилли.

    - Она молода. Вы выздоровели и мне лучше вернуться в общежитие, - ответил Андре. - Мне предложили работу на кафедре в университете. Я хочу заняться наукой.

    Вилли не возражал, щедро оплатив своё лечение. Через два месяца профессор Веккер принёс новость об отъезде Андре в Швейцарию, где заинтересовались его методикой лечения и предложили хороший грант на её разработку.

Продолжение следует:
© «Стихи и Проза России»
Рег.№ 0301383 от 14 марта 2019 в 11:01


Другие произведения автора:

Вернуть брата...

Париж прекрасен всё равно!

Красотка милая моя!

Это произведение понравилось:
Рейтинг: +2Голосов: 2266 просмотров
Галина Д # 20 марта 2019 в 02:43 +1
Странности начинаются... Не поняла, почему Андре уехал... Пошла читать дальше... arb10
Надежда Опескина # 20 марта 2019 в 20:10 +1
Это будет "странный" роман, Дорогая!
Имён не счесть...События разбросанные по всему миру...
Имена реальные, события близки к реальности, с незначительным отклонением,
автор имеет право на свой взгляд...
С теплом,
Галина Д # 20 марта 2019 в 23:27 0
Почему уехал Андре, понятно в начале следующей главы. Жизнь - такая непредсказуемая и сложная, убеждаюсь ещё раз...